В результате Лыков с Волкобоем отправились покупать лошадей, а Сергея послали за сахаром. Еще ему поручили купить бочонок топленого масла и три фунта шоколада.
Конский состав путешественники приобрели у богатого якута, занимавшего целый квартал позади лога. Белых не хватило, пришлось добирать из светлых мастей. Греку купили спокойного серо-яблочного жеребца трех трав[60]. У него было необычное строение губ – казалось, конь все время улыбается. И статский советник дал ему кличку Весельчак. Себе он приобрел сурового савраску с лихим зачесом гривы и назвал его Пессимистом.
Далее несколько дней ушло на закупку необходимых снаряжения и провианта. Выяснилось, что трех вьючных лошадей им не хватит, пришлось покупать четвертую. Волкобой, как наиболее опытный, взялся вести в поводу сразу двух, а питерцы кое-как могли управиться с одной.
Перед самым отъездом Лыков собрал совещание в кабинете губернатора. Присутствовали Нарышкин, Березкин, Рубцов и начальник местной команды подполковник Попов.
Статский советник в очередной раз изложил причину своей командировки и принятое им решение: напугать банду Македонца и заставить уйти из области.
«Воевать с отчаянными людьми – занятие опасное, – сказал он. – Лучше действовать тактикой выдавливания».
Подполковник, как человек военный, начал с ним спорить. Чего нянькаться? Пойти на злодеев походом и перебить всех до единого. Он готов сделать это со своей командой, если питерцы дрейфят…
– Я вижу у вас на шашке аннинский темляк, – ответил сыщик.
– Воевали где, в Маньчжурии? Вот, мне тоже довелось, вольнопером[61]. Правда, давно, много лет назад, с турками. Солдатский Георгий, медаль «За храбрость» и аннинская медаль. Светло-бронзовая за войну. Еще Анна второй степени с мечами, за секретную командировку от Военного министерства. Владимирский крест четвертой степени за ликвидацию опаснейшей банды, полученный в двадцать два года от роду. Станиславская лента. Две коронационные медали за охрану государей. Высочайших благодарностей – со счету сбился.
Побольше, чем у вас?
– Виноват, господин статский советник, – сконфузился Попов.
– То-то. Начать пальбу – дело нехитрое. Но есть несколько препятствий. Во-первых, доставить в верховья Колымы полуроту стрелков – это трудное и дорогостоящее занятие. До зимы никак не успеем, а зимой там пусто. Во-вторых, узнав об опасности, разбойники могут перестрелять горбачей, чтобы избавиться от свидетелей. Поэтому я и предлагаю обойтись без кровопролития.
