С его точки зрения, у этих земель должен быть лэрд-шотландец. Она тоже так думала, хотя среди всех причин для отказа эта ей вообще в голову не приходила.
Вернувшись в свою комнату, Девина попросила, чтобы ужин ей принесли туда. Она не желала ужинать с Брентвортом, хотя и не знала, в чем причина. Впрочем, нет, прекрасно знала. Ведь если окажется рядом с ним, то опять опечалится… Вести-то себя она будет нормально и болтать с ним, однако же… Она точно знала, что захочет его ласк и поцелуев.
После ужина Девина снова задумалась, и представила Брентворта, стоявшего среди руин.
Более того, ей казалось, что она вновь ощутила его прикосновения.
И в конце концов она приняла решение.
Глава 20
Вымывшись до пояса, Эрик отослал прочь молодого лакея, пытавшегося выполнять обязанности камердинера. Оставшись в одиночестве, он решил вымыться полностью. Когда стягивал брюки, пальцы его нащупали тот самый шрам… Эрик редко о нем вспоминал, но теперь, в этом месте… Проклятье, теперь он думал о нем каждый день!
Вымывшись, герцог накинул баньян[3] и кликнул юнца, чтобы тот унес воду и полотенца.
Когда он вышел из гардеробной и направился в спальню, из кресла возле камина поднялась Девина… Как долго она сидела здесь, глядя на тлеющие угли?
Света хватало, чтобы увидеть волосы, заправленные за уши, и решимость во взгляде. Она была в ночной рубашке, а на плечах – шаль. Вероятно, явилась, чтобы закатить еще один скандал.
Поднявшись, она пошла ему навстречу, и ее пылавшие глаза завораживали.
В следующее мгновение Эрик понял, зачем она пришла. И его тело мгновенно отреагировало. Было ясно, что этой ночью никакого скандала не будет. Если, конечно, он опять ее не оскорбит…
Она остановилась прямо перед ним, и он пробормотал:
– Девина, вы должны…
– Должна что? – перебила она.
«Ты должна немедленно уйти», – мысленно приказал ей Эрик.
– Только не говори, чтобы я ушла. Мне потребовалось все мое мужество, чтобы прийти сюда.
– Но, Девина, вы уверены?.
. – Герцог судорожно сглотнул. – Вы понимаете значение этого для вас, для вашего будущего?
Она молча кивнула, а Эрик произнес:
– Тогда сними одежду, чтобы я мог увидеть тебя всю.
Девина робко улыбнулась и сбросила шаль на пол. Затем начала возиться с пуговицами и ленточками на ночной рубашке.
– Я помогу. – Эрик шагнул к ней и мысленно воскликнул:
«Проклятье, так много пуговиц!»
Наконец, отступив на шаг, девушка скинула рубашку, и та упала к ее ногам.
