– Нет, леди – маг Огня и Воздуха, очень сильный, – с гордостью за свою госпожу ответила служанка.
Кстати, забыла ее имя.
– Простите, напомните, как вас зовут?
– Дарина я, госпожа Рутшер. – Девушка почтительно присела в книксене. – Так получилось, что у вашей камеристки выходной, и я ее заменяю.
Жаль, что только заменяет. Девушка вызывала симпатию своей открытостью и прямотой, хоть и выглядела подчеркнуто серо: мышиного цвета волосы, собранные в низкую, тугую и оттого крохотную гульку. Лицо будто припорошено бледно-серой пылью.
Хм, а может, и припорошено? Точнее, припудрено?
Я прищурилась, подозревая самое нехорошее.
– Дарина, в этом доме к вам пристают?
Собирающаяся что-то произнести девушка поперхнулась воздухом.
– Простите, госпожа?.. – Ее глаза распахнулись широко-широко.
– Вы ведь припудриваете лицо, чтобы казаться невзрачней? Стараетесь выглядеть менее привлекательной? Кто вас домогается? Вы сообщили об этом лорду Аламейскому?
Я засыпала ее вопросами намеренно, сбивая с толку, чтобы она растерялась еще больше и не придумала, как оправдать своего обидчика.
Знаю я таких девочек – пугливых, забитых жертв. В доме градоначальника подсмотрела, как в очередной раз посланный мной к демонам Грэхем пристает к горничной. Я не вытерпела и вмешалась, а потом еще и градоначальнику пожаловалась на непотребства племянника. Девушка уволилась в итоге, а мне прямым текстом сообщили, что не желают видеть в доме. Так я и выпала из светской жизни Подгорска…
Дарина прикрыла лицо узкими ладошками и горько всхлипнула.
Ох, кажется, все серьезней, чем я думала!
– Дарина, – мягко позвала я, прикасаясь к ее плечу. – У вас не безвыходная ситуация, поверьте, все можно исправить. Главное, не молчите.
Утешая, я горячечно перебирала в памяти смутно запомнившиеся лица слуг. Кто же к ней пристает? Одно ясно точно: это не сам хозяин, в Алистере я уверена железно. Неужели руки распускает управляющий со смеющимися глазами? Не похож он на похотливого урода, кажется приятным мужчиной.
Тогда кто?
– У вас замечательный, благородный лорд, Дарина. Расскажите ему все. Если боитесь, это могу сделать я.
Новое всхлипывание – и девушка отвела ладони. Она не плакала… она улыбалась.
– Простите, госпожа Рутшер, вы застали меня врасплох. Никто ко мне не пристает, поверьте! Я веснушки прячу.
Она вновь стеснительно улыбнулась, а я ощутила неловкость.
– О, простите… Я надумала себе всякого.
