При этом средняя Хельвин изо всех сил старалась оказать знаки уважения старшим мужчинам и жутко нервничала. Она пару раз видела купцов-джунгар, но привязавшиеся к ним лэры разительно от них отличались. Другим было все, от манер до силуэта белоснежных рубах в пол.
К сожалению, странные бородачи только сделали вид, что удовлетворены ответом. И принялись преследовать сестер, едва те отправились домой. Так и двигались длинной процессией. Впереди — хромающий Гектор, за ними Мириам с Анифой. Дальше — два бородатых приставалы.
А за ними еще шестерка бойцов-телохранителей, бренча оружием и топая сапогами, с которых почему-то так и не сняли шпоры.
Попытка Гектора идти не первым, а сразу за юными Хельвин, потерпела разгромное поражение в следствии полного дезориентирования лэр на большой, неизвестной им территории. После того как под лидерством Мириам вся процессия пару раз обошла одно из дворцовых зданий, Гектор расстроенно вздохнул и снова возглавил движение, а таинственные преследователи стали выглядеть еще более озадаченными, чем раньше.
Сложно предположить, что они подумали, когда их несколько раз, медленно — ибо сестры не могли двигаться быстро — провели по одним и тем же дорожкам.
— Может остановимся и спросим, что им от нас нужно? — зашептала Мириам опасливо оглядываясь.
— Это я тебе и сама скажу, — буркнула младшая, пытаясь незаметно подтянуть повыше край сковывающей материи. — Хотят узнать где мы живем.
— Зачем?
— Не знаю. Может свататься будут. Матушка говорила, что только северные кавалеры ветрены, а южный благородный лэр если посмотрел на девушку внимательно — сразу женится.
— Ох, ты ж, защити Асцилия. Они на меня оба смотрели!
— И на меня. А я замуж еще не хочу. Хани говорит, что мне еще повзрослеть надо. Я как раз анкету доделаю.
— Знаешь, Анифа, а я поняла, что не знаю, как общаться с южными мужчинами. Они красивые, но странные какие-то. Бородатые, в ночных рубашках и глядят страшно.
Обе опасливо посмотрели назад и попытались ускорить шаг.
Но ничего не вышло.
Гектор остановился, согнувшись в почтительном поклоне перед идущим по садовой дорожке принцем и двумя его спутниками. Юный Людвиг, порывистый и прекрасный, именно такой, каким принцев рисуют в романтичных дамских журналах, остановился в проеме цветущей арки, посмотрел на склоненного перед ним седовласого воспитателя, потом на замерших от неожиданности сестер и бодро известил:
— Хельвины! Вас-то я и ищу, милые красавицы.
— Мамочки, — прошептала Анифа.
