Он знал, что она улетит, но сейчас не время говорить об этом.
– Как же мы вчера доехали? Сани такие маленькие! И собаки! Они же не лошади и не слоны!
– Я бежал рядом с нартой.
– Тысячу километров?!
Он засмеялся:
– Всего семнадцать по навигатору. По тундре было тяжеловато, а на дороге стало легко. Ты находилась очень близко. Но без Нутэвэкэта я бы тебя не нашел. И никто бы не нашел.
Лиле не хотелось ни вспоминать о случившемся, ни думать, но она знала, что придется – конечно!.. Придется вспоминать и как-то искать человека, который проделал с ней все это, просто чтобы ему не пришло в голову проделать это еще раз.
Но пока можно… отложить, да? Пока можно просто порадоваться солнцу, холоду, снегу, который сверкает, как бриллиантовые россыпи! Она никогда не видела, чтобы снег так сверкал! И человеку, стоящему рядом и держащему ее руку в собственном кармане.
Он вчера вошел в землянку и сказал: «Лиля, это я!» – и это были самые лучшие слова за всю ее жизнь.
Пока можно еще немного побыть на этой планете, которая вдруг стала к Лиле добра и расположена, будто повернувшись какой-то другой своей стороной.
Дом, похожий на серого гренландского кита, почти нависал над обрывом, с лимана несло крепким ледяным ветром, и вдруг оказалось, что сопки на той стороне покрыты снегом, а воды нет, вместо нее лед! Льдины ходко идут, сталкиваются, налезают друг на друга, как будто очень спешат!
Лиля подошла и взялась за ограду:
– Куда они плывут?
– В Ледовитый океан.
Она некоторое время смотрела, ежась от холода и ветра в своем пуховике, а потом от красоты и величия у нее закружилась голова и защипало в глазах.
Или от ветра защипало?
Нужно было что-то делать со всеми этими сложными чувствами, но она не знала и не умела ничего с ними сделать, поэтому просто повернулась к лиману спиной:
– Это твой дом?
– Лиля, нам надо поговорить.
– Очень красивый.
– Обыкновенный полярный дом.
– А тот чей? – Она показала подбородком.
– Моего брата.
– А кто у тебя брат? Моряк? Или геолог?
– Губернатор.
Она решила, что он пошутил.
– Лиля, нам надо поговорить. До работы. Пойдем в дом, ты замерзла совсем. Я тебе баню натопил, в баню надо обязательно, а то сейчас все приедут, и мы не успеем.
Тут она поняла, что ничего он не шутил.
– Подожди, как губернатор?! Он же… как его… Господи, я опять забыла, как его зовут!
– Роман Андреевич его зовут. Фамилия Грохотов.
– А как же тогда…
– Мама сначала вышла замуж за его отца, но он погиб, утонул. Потом вышла за моего.
