Все присутствующие разом повернули головы, на меня уставилось большое количество глаз.
– Верочка, – встепенулась бабуля в бордовом, – повтори, я не разобрала, что ты говоришь?
– К вам гостья, – заорала Вера, – если хотите ее ужином угостить – пожалуйста!
Малышева резво вскочила и засеменила к двери.
– Ко мне приехали! – радостно говорила она, огибая столики. – Слышали? Ко мне приехали! В гости! Приехали! Гости!
У меня сжалось сердце. Похоже, старикам в этом приюте повезло, их хорошо кормят и не обижают, вот только родственники не балуют их вниманием.
Рейтинг Ирины Захаровны сейчас сильно взлетел, ведь к ней заявилась посетительница.
– Извини, солнышко, – ласково зачастила Малышева, хватая меня за руку, – память меня подводить стала. Как тебя зовут? Забыла я совсем людей!
Я обняла старушку за плечи.
– Все в порядке, мы незнакомы, я от Семена Хватайки.
– Сенечка! – всплеснула руками Ирина Захаровна. – Вот радость-то! Знаете, кто ко мне пришел? Это жена Семена! Вот! Моя почти родная невестка! Так-то!
Старики стали шушукаться, Малышева повысила голос:
– Пошли в мою комнату! Поговорим в удовольствие.
Потом она не выдержала и снова обратилась к товарищам:
– Это жена Сени! Она привезла гостинцы! Так?
– Конечно. В машине пакет лежит, принесу его перед уходом, – поспешила согласиться я, мысленно ругая себя за то, что поехала в интернат к бедной старушке и даже не подумала прихватить ей конфет.
– Там кофе растворимый, вкусный чай и зефир в шоколаде, – уверенно огласила список невиданных лакомств Малышева, – утром всех угощу.
Вот так!
Ирине Захаровне было свойственно делать опрометчивые умозаключения. Сначала она, не колеблясь, объявила незнакомую женщину супругой Семена, а потом, ни секунды не сомневаясь в своей правоте, озвучила состав еще не полученного подарка.
– Комната небольшая, – тараторила Ирина Захаровна, открывая дверь, – но уютная.
Я кивнула. На мой взгляд, спальня была микроскопическая, в ней с трудом уместились узкая кровать, тумбочка, креслице и телевизор на подставке.
Свободного пространства не осталось, но бабушка казалась счастливой, она говорила без умолку:
– У меня люкс, живу одна. Есть номера пошире, но они двойные, а я как барыня, со своим унитазом. Хочешь посмотреть санузел? Вот дверка. Правда, удобно?
– А где ванна? – опрометчиво поинтересовалась я, заглядывая в крошечный, выложенный белой плиткой отсек.
