Вместо этого уставился в свою кружку, где отражалась его морда — зеленая чешуя, клыки, холодные глаза.
Глаза, которые помнили.
Прошлое. Пустошь. Вольники.
Его банда. Его ребята.
Они носились по Пустоше на мотоциклах, поднимая тучи пыли. Десятки парней, вооруженных до зубов, с прыжковыми ранцами за спиной и гранатами на поясах.
Настоящие хищники! Звериная стая!
Змей был их вожаком.
А Волоты и караваны Цвергов — законной добычей.
Вот был случай! Вспомнить — одно удовольствие!
Грузовой Цверг отбился от каравана из-за поломки.
Он ковылял по выжженной земле, его левый двигатель барахлил.
Хромой буйвол, не иначе!
— Вперед! — прокричал Змей, и его банда рванула в атаку.
Мотоциклы окружили транспортник, как голодные львы.
— Сдавай груз, и мы оставим тебя в живых! — велел Змей через громкоговоритель.
Но пилот не сдался.
Вместо этого люк в кабине открылся, и оттуда высунулся мужик с дробовиком.
— Убирайтесь, сволочи! — проорал он, краснея.
Змей рассмеялся.
И кивнул одному из своих ребят.
Тот сразу же выхватил пистолет и снял мужика.
Пилот еще долго полз по сухому грунту, истекая кровью.
Змей подошел к нему.
— Смелось — штука благородная, — сказал он. — Но вот за глупость нужно расплачиваться. Я оставлю тебя в живых. И вовсе не из милосердия.
И ушел, оставив мужика в пустыне.
Лишь стервятники кружили в вышине.
Эх… Вот это были времена!
Он был на высоте! А сейчас…
Змей снова приложился к кружке.
Вкус пойла со второго глотка оказался таким же мерзким.
И ведь сейчас он тоже расплачивается за глупость.
Дверной колокольчик звякнул.
На пороге появилась фигура, закутанная в темный плащ.
Змей повернулся и встретился взглядом с парой желтых глаз с узкими зрачками. В зазорах шарфа он заметил красную чешую."
"Поморщился.
Нежданная гостья подошла к нему и заняла соседний стул.
— Ну и рожу ты скорчил, — прошипела она.
— Ты… настоящая?
Моника ухмыльнулась, показав клыки.
— Допился до галюнов? Прикинь, настоящая.
На всякий случай Змей потыкал ее когтистым пальцем.
Моника бросила взгляд на телевизор, шумевший в углу.
— Жалко ребят, — выдохнула она. — Газон хоть и был занозой в заднице, но все же это была своя заноза, привычная. Про Джаза и говорить нечего. Такого союзника еще поискать.
— Помянем, — Змей одним глотком осушил стакан.
Моника вздохнула и схватила его за плечо:
— Пошли. Здесь небезопасно.
Но Змей дернулся, вырываясь:
— Отвали! Мне и здесь норм.
