Можешь запереть меня до прибытия в ваше поселение. Там я просто сойду, и ты никогда меня не увидишь.
— Раздевайся, — сказал я.
— Что? — опешила кошка.
— Да не волнуйся, для меня женщины в шерсти, что одетые. Я заберу твои шмотки и принесу тебе другие. Не хочу, чтобы позже выяснилось, что ты припрятала где-то маленький кристаллик с токсином или ядовитую ягодку. К тому же, твоя одежда все равно драная. Ну? Чего ждешь⁈ — я подкрепил слова, подняв на барышню револьвер.
Та стиснула челюсти и одарила меня ненавидящим взглядом, но поднялась.
Развязала ленточку на спине и сняла лифчик. Еще одна пара пушистых сисек.
Затем расстегнула поясок и широким жестом сбросила остатки юбки. Зажиматься и прикрываться не стала. Гордо выпрямилась и посмотрела мне в глаза. Тигриный хвост бился в воздухе, выражая за хозяйку всю степень возмущения.
— Подними руки.
— Собираешься меня облапать? — она выполнила распоряжение.
— Нет. Теперь попрыгай.
— Ты издеваешься?
— Если ты припрятала что-то под сиськами, оно вывалится.
По-хорошему, тебя вообще обрить следует или обыскать с пристрастием.
— И в задницу заглянешь? Это же, считай, природный карман!
Она развернулась и зазывно повиляла хвостатым задом.
— Не хочу подцепить глистов.
Тигрица фыркнула, а я забрал ее одежду и вышел. Тщательно все перетряхнул, но ничего подозрительного не нашел. Поясок золотой, его я отделил, но пока к остальному золоту решил не относить. Пусть полежит."
"По дороге в каптерку заглянул в свою каюту и оставил одежду тойгерки там.
На складике нашел упакованную в полиэтилен пижаму.
Сгодится.
Вернулся в импровизированную допросную и швырнул пакет на стол.
— Одевайся.
— Ты снова будешь смотреть?
— У тебя ничего не видно. И шерсти с меня уже хватило.
В розовенькой пижаме тигрица выглядела так по-домашнему!
— Убогая одежка, — сказала она.
— Лучшее, что могу тебе предложить. Теперь слушай внимательно. Я не стану запирать тебя до прибытия. Только на ночь.
— И будешь заходить, чтобы пожелать мне спокойной ночи? — эту фразу она промурлыкала низким, эротичным голосом.
Я поморщился.
— Обязательно. Буду запихивать тебя в каюту, желать спокойной ночи и запирать до утра. Пошли, сейчас все обедают.
— Я как раз страшно проголодалась!
* * *— Тойгерка? — спросила Кармилла, когда мы вошли в столовую. — Волк, ты такой душка! Я как раз страшно проголодалась!
— Прекрати, — бросил я. — Ты отлично помнишь, что я тебе ответил на тему провианта в дорожку.
