Что-то здесь мне не нравилось. Причём начиная от самого кафе, куда я сам же нас и завёл, и заканчивая этой самой… официанткой.
— Скажи мне вот что, Катя, — я отвернул голову от небольшой стойки под козырьком, где готовили наш заказ, и посмотрел на девушку: — Ты хоть раз что-то продавала? Или так и ходила куда не попадя со своим товаром?
— Ты совсем дурак? — она искренне возмутилась. — Очевидно же! Я в этом очень опытная!
— А мне кажется, что нет, — спокойно возразил я. — Почему ты хочешь продать эти макры? Налоги платить не хочешь? Что-то я сомневаюсь.
Девушка вместо того, чтобы опять возмутиться, наоборот, заулыбалась. Положила локти на стол и «уронила» голову на выпирающие кисти. Заинтересовалась.
— Скорее всего, они достались тебе нечестным путём. Или, ты хочешь показать своему папе, что ты самостоятельная.
— Правильно, — кивнула она и наиграно спросила: — О, господин Пуаро, что дальше?
Пуаро — персонаж из моего мира, но делать на этом акцент я не стал.
Какие ещё совпадения могут быть у нас и у них?
— Значит, тебе нужен человек, который либо может пере… перепродать твой левак, либо тот, кому они сами нужны.
— Это я и без тебя знаю, — тон чуть изменился.
— Если бы знала, не пыталась бы предложить кристаллы часовщику, или к кому ты последний раз подходила, когда я тебя одёрнуть не успел, — усмехнулся я. — Кать, насколько это важно, ты мне можешь сказать?!
Девушка заёрзала на стуле то ли от волнения, то ли ещё от чего-то, и лишь когда нашла ту самую «не зудящую» точку, вновь заговорила:
— Я не пытаюсь доказать что-то отцу… просто… у этих камушков не очень хорошая история.
Они пронумерованы!
— И? — я искренне не понимал, к чему она ведет. — Дальше-то что?!
— А то! — нахмурилась она. — Что они украдены неделю назад с военного склада. Грубые, неотёсанные макры, с военным инвентарным номером! Только-только выловленные со второго и третьего уровня. Цена им… большая.
У нас много мест, где можно продать их выгодно, но большая часть этих мест… — она запнулась сразу же, как только к нам подошла официантка с подносом.
Опять эти непонятные слова… уровни. Твою мать, уровни! Как будто я в какой-то подростковой игре нахожусь!
И только она отхлебнула кофе, как вновь замолчала. Не стала продолжать, словно вообще забыла, что хотела сказать.
— И? Сложно их через отца передать?
— Верно! — воскликнула она.
