Оно не стало интеллигентным, но уже не походило на рожу неандертальца.
– Ты в курсе, капитан. Разбирайте оружие, хлопцы, живее прячьте под одежку. У них еще гранаты есть. Плевать, что торчит, на первое время надо сбить с толку. Баб и детеныша оставим здесь, а сами сейчас пойдем. – Он стоял на корточках у выхода, отслеживал ситуацию.
Офицеры лихорадочно вооружались, рассовывали по карманам запасные магазины.
– Товарищ, ты кто такой, какими судьбами? – пробормотал Алексей. – Ты прямо как рояль в кустах…
– До рояля малость недотянул, – с ухмылкой ответил громила.
– До войны, не поверишь, в Львовской консерватории на тромбоне гудел. Я уже месяц на этой базе скучаю, втираюсь в доверие. Прорвался якобы с боями из соседнего района, где ваши всех хлопцев хорунжего Стецько положили. Но подозрительный Бабула не верит тем, кто новенький, с базы не отпускает. Вот и не могу никуда вырваться, торчу тут как привязанный. Слышал про смерть Виталия Анисимовича, да и про твое появление, капитан.
– Что делать будем, Гаврила? – спросил Алексей, присел рядом, передернул затвор.
– У тебя имеется хоть какое-то подобие плана? – Он покосился на женщин.
Леся прижала руки к груди, с ужасом на него смотрела.
– План, говоришь. – Громила помрачнел. – Он у меня, мил человек, примерно такой же, как у тебя был, когда ты жмуром прикинулся. Проще говоря, очень даже хреновый. Подожди-ка. Слышишь, стрелять перестали?
Все затаили дыхание, стали вслушиваться. Да, пулемет замолчал, хлопали лишь отдельные выстрелы.
– В общем, ситуевина такая, хлопцы, – забубнил Гаврила. – Все плохо, даже хуже, чем вы думаете. Вашим врезали по самые помидоры, и они откатились к первой гряде. Много раненых, убитых. Думаю, в строю осталось человек сорок. Тоже сила, если с умом. По фронту у Бабулы небольшой отряд. Его давно растоптали бы, кабы не огневая точка на скале поблизости отсюда. Ты видел ее, капитан, когда к Нестору в гости ходил. Позиция удачная, стоит вашим вылезти, как по ним шмалять начинают. Вся поляна уже в трупах.
А другой дороги нет, точнее говоря, ваши про нее не знают. Мне кажется, они ждут подкрепления, чтобы прорваться в урочище. Но в том-то и беда, что Бабула тоже надеется получить подмогу. К нему люди Коровяка могут подойти. Не факт, но есть надежда. Тогда они ударят в тыл, и все.
– Чего мы ждем-то? – Греков начинал проявлять нетерпение.
– Да погодь ты, торопыга. – Гаврила поморщился. – Вот как начнут опять из пулемета палить, тогда и пойдем.
