Арапов протянул Андрею фото:
– Узнаешь?
Фото было слегка пожелтевшим, но четким. И Андрей видел это лицо в первый раз.
– Нет, не встречал ранее.
– Да? Вот и я тоже. Однако мы с тобой беседовали с ним вчера.
– Фандера?
– Фандера, только настоящий. Из архива Советской армии добыл. Знал бы ты, чего мне это стоило! Оказывается, он на кадровой службе в РККА был, после финской, в тысяча девятьсот сороковом году уволился. Причины не знаю.
И когда же Арапов успел в Подольск, где архив располагался, смотаться? Или у него другие оперативники на подхвате есть?
Андрей отдал сыщику протокол допроса.
Тот прочитал его и откинулся на спинку стула:
– Занятно! Вот только врет этот твой Сумароков, что вещь не видел, просто боится, что за укрывательство пойдет.
– Дворник говорит, что ничего предосудительного за ним не замечал. Не пьянствует, подозрительных компаний к себе не водит, работает.
– Может, и так. А что по второму адресу?
– Не успел еще, спешил протокол вам показать."
"– Ты все-таки по второму адресу, на Чистопрудный, сходи.
Установи, у кого Фандера был, но в контакт не входи. Не исключаю, что он после нашего допроса испугался и что-то – предположительно перстень – перенес на другой адрес.
– Перстень должен быть там. Надо брать ордер на обыск.
– А вдруг он бутылку самогончика, как драгоценность, прятал? С чем я пойду к прокурору? С догадками?
Андрей качнулся на стуле и едва не застонал от досады:
– Брать надо этого Фандеру! Да и не Фандера он. Тот воевал, умер от ран.
– Это точно.
– Вдруг у него другие документы есть – и тоже фальшивые? Свалит в какую-нибудь деревню глухую – пойди найди потом его нору…
– Дальше границы не убежит, – усмехнулся Арапов.
– Иди, не теряй время.
На Чистопрудном бульваре Андрей затеял разговор с бабушками, сидевшими у дома. Недалеко, за столом, сидели доминошники – они с азартом забивали «козла».
Слово за слово – и Андрей узнал, что вчера вечером в доме был посторонний, вон, Ангелину Аполлинарьевну едва ли не до смерти напугал. Лампочка в подъезде перегорела, темно, а он как черт из табакерки, из восемнадцатой квартиры выскочил.
– И часто он ходит туда?
– Второй, может быть – третий раз.
– Зазноба там у него?
– Какое там! Грузчик Ванька, в Мосторге работает. Жена от него два года назад ушла, потому как дрался, ежели выпьет.
– В милицию заявлять надо было.
Старушки поджали губы, и Андрей, почувствовав мгновенно родившуюся неприязнь, тотчас перевел разговор на предстоящее понижение цен – читал вчера в газетах.
