Эксперт начал описывать круги, потом наклонился:
– Так, гильза есть, от «парабеллума».
– Я из этого… «фроммера» стрелял.
– У него такие же патроны.
Эксперт измерил рулеткой расстояние до здания, до Андрея и нанес эти точки на схему. Потом вышел на мостовую и, согнувшись в три погибели, стал изучать асфальт.
– Фролов, позови кого-нибудь из оперов.
Андрей зашел в сберкассу:
– Эксперт просит кого-нибудь из оперов.
Старший вышел сам, подошел к эксперту. Они о чем-то поговорили, потом эксперт подозвал Фролова:
– Зацепил ты бандита, смотри.
На асфальте была маленькая капелька крови, уже свернувшейся.
Старший удовлетворенно кивнул:
– Уже одна зацепка есть."
"Если люди с криминальными ранениями – пулевыми, ножевыми – обращались в поликлиники или больницы за медицинской помощью, их обращения обязательно записывались в журнал, и об этом, согласно Приказу МГБ, врачи обязаны были немедленно извещать милицию. Так что, если ранение было серьезным, бандит мог обратиться за медицинской помощью, а дальше попасть в милицию.
Правда, было одно «но»: бандиты могли иметь своего, прикормленного хирурга, который мог оказать помощь на дому – вплоть до операции. С такими случаями милиция уже сталкивалась.
– А в машину-то попал, Фролов?
– Попал, стопроцентно попал – в корму. Точнее сказать не могу, оружие непривычное, как оно бьет – не знаю.
– Хорошо, младший лейтенант, ты сделал все правильно. И сам цел остался, и бандита ранил. Пойдем.
В здании сберкассы Андрея усадили за стол, и он стал писать рапорт о происшедшем, подробно описывая внешность бандитов.
Старший, который, как после узнал Андрей, был майором, начальником одного из отделов столичного уголовного розыска, уже звонил по телефону:
– Передайте всем сотрудникам отдела регулирования движения: останавливать все «эмки» черного цвета и осматривать корму машины на предмет пулевого отверстия. Предполагаемые преступники могут быть вооружены, поэтому проявлять осторожность.
Потом он выслушал ответ.
– Да, один из них может быть ранен.
Нет, в сберкассе все целы.
Положив трубку, полковник обратился к сотрудницам сберкассы:
– Вы когда-нибудь их видели? Может, толкались в зале, платили?
– Нет. Да и разве всех упомнишь? – Сотрудницы уже отошли от пережитого шока.
– Сколько они денег забрали?
– Все. Шестьдесят семь тысяч рублей.
Сумма по тем временам была большая. Не миллионы, как ходили слухи, но изрядная.
В общем, за писаниной, за объяснениями прошел весь день, и домой Андрей добрался к вечеру.
