Будь под ним степные лошадки, в которых присутствовало больше дикой крови, то они, пожалуй, с этим делом разобрались бы, но вот эти крепкие, высокие и статные красавцы к подобному были не приспособлены. Им больше по душе теплые стойла и сено в кормушках, а еще лучше овес в торбе.
Последний у него имелся, все же, собираясь в дорогу, не стоит забывать о лошадях, вот только столь длительное путешествие в его планы не входило, а потому и корм уже закончился. Взглянув на своих лошадей, Алексей вдруг вспомнил, как Сухов в фильме «Белое солнце пустыни» отказывался от предлагаемого ему коня, которому нужно уделять слишком много внимания.
Хм, не так уж и неправ был известный киногерой.
Стоило подумать и о себе. Еды, взятой с собой и у убитого законника, было явно недостаточно. Добавить сюда затекшее тело, саднящую пятую точку – и все прелести, свалившиеся на него, будут указаны практически полностью. Все же путешествовать в этих местах оказалось не только опасно, но еще и невероятно трудно, а еще хлопотно.
К концу очередного дня, когда, казалось, надежды уж никакой, ему вновь улыбнулась удача. Двигаясь в юго-восточном направлении, он перешел границу и вышел к обитаемым местам. Точнее, места-то тут кругом обитаемые, иное дело, что с плотностью населения так себе. Но на рустинской территории разбросанные редкими горошинами хутора встречались почаще, чем стойбища пинков в дикой степи. Хотя хутора, они как-то более предпочтительны.
Судя по всему, здесь был сенокос, так как стояло сразу несколько копен заготовленного сена.
Конечно, лошадкам совсем не помешает овес, ну да на безрыбье и рак рыба. Радовало и наличие поблизости ручья, как и то, что он не промерз насквозь. Пришлось помахать топором, прорубая прорубь, но это куда проще, чем топить снег – если учесть то, что на каждую лошадь нужно литров десять воды, то объемы впечатляли. А еще не хотелось бы ломать ограждение из жердей, сделанное от диких животных, и тем самым лишать хуторян кормов, заготовленных на зиму.
Часа через три, когда он, как мог, обиходил уже давно нуждавшихся в этом лошадей, Алексей наконец сумел подумать и о себе любимом. Радовало хотя бы то обстоятельство, что после всех этих трудов изрядно затекшее и задубевшее тело хорошо размялось, и ему даже где-то стало жарковато. Вот только устал он еще больше.
Глядя на свой транспорт, он даже подумал о том, чтобы просто оставить их здесь.
