– Андрей о тебе спрашивал.
А вот это было неправдой: по крайней мере, при докторе мое имя не было названо ни разу.
– Он тебе все еще нравится, верно? – спросила я.
Натали в ответ посмотрела на меня, чуть не плача.
– Ах, Лиди, я ужасный человек! – воскликнула она. Я даже побоялась, что домочадцы нас услышат. – И отвратительная подруга! Но я ничего не могу с собой поделать: у меня сердце щемит от нежности всякий раз, когда я на него смотрю. А когда увидала его сегодня – в крови, беспомощного, с разбитой головой, – я подумала, что если он умрет, то и мне жить незачем…
– Брось, это всего лишь сотрясение мозга! – поморщилась я.
– Ты не понимаешь… – разочаровалась подруга. – Хотя должна бы! Ты ведь любишь его!
Я снова поморщилась и едва удержалась, чтобы не накричать на подругу:
– Не говори ерунды! Это ты себе придумала: Андрей очень приятный, умный и обаятельный человек, но я никогда не была в него влюблена.
Натали же веско возразила:
– Была! Я видела, как ты смотришь на него!
– После того как услышала его «Лунную сонату», иллюзии окончательно развеялись, – не к месту пошутила я.
Однако Натали была столь серьезна и расстроена сейчас, что шутки я немедленно оставила. Ласково взяла ее за плечи, заставив посмотреть мне в глаза.
– Милая, если тебя и должно что-то беспокоить в отношениях с Андреем, то точно не мои чувства. Потому что их нет.
И в этот момент я явственно услышала, как возле арки, что вела в коридор, скрипнула половица.
– Кто там? – обомлела Натали.
Я же в два шага пересекла холл и выглянула в ночной, лишенный света коридор, по которому, тяжело ступая, спешно удалялся мужчина.
Я даже знала, кто это был!
– Это Касси, – успокоила я подругу, выходя следом. – Я уведу ее, иди спать.
Сама же быстро и бесшумно скользила по коридору вслед за мужчиной – он свернул за угол, а вскоре я услышала, как щелкнул замок двери. Повернув за угол тоже, я не увидела никого, и дверей здесь было целых три. Однако я, не раздумывая, толкнула ту, что вела в комнату Ильицкого.
– Вы что – подслушивали? – спросила я, ни на миг не сомневаясь, что видела именно его.
– Беру пример с вас, – не стал отпираться Евгений Иванович.
На меня он даже не обернулся – возился со спичками, зажигая свечи.
А я, улучив момент, живо оценила взглядом комнату: мне было интересно, как живет и чем дышит этот неуемный человек. Почему-то я ждала увидеть здесь сумбур в вещах и мебели, но оказалось, что в комнате царит почти казарменный порядок.
