Разве то, что он предложил, не было честнее и порядочнее, чем если бы он сводил ее пару раз в ресторан, напел о большой и светлой любви, а потом она все равно оказалась бы в его доме в его постели? Тогда к чему эти пошлые условности и обязательства?
А под утро, ворочаясь с боку на бок, он уже думал, что может и стоило блефонуть, поиграться в любовь, а там бы он быстро остыл к девчонке, Домин в себе не сомневался. Чем недоступнее цель, тем быстрее наступает пресыщение, это он знал точно.
Он бы легко ее оставил, и тогда его б уж точно не касалось, как она справляется со своими переживаниями.
Нет же, решил поиграть в благородство. Теперь она ни за что не поверит, вздумай Макс сунуться к ней со своими внезапно вспыхнувшими чувствами. И правильно сделает.
Никаких чувств, конечно же, не было. Было желание, даже, скорее, сумасшествие, наваждение на грани одержимости, но к чувствам, по крайней мере к тем, которые ждет от него Дина, это не имело никакого отношения. Классический случай запретного плода, Домину самому противно было, неужто он так примитивен?
Облегчения такие мысли не приносили.
К Лане он теперь и вовсе заезжал на несколько минут, молча ложил на стол деньги и расстегивал джинсы. Она смотрела обиженно, с укором в глазах, но Домину было все равно, не он выбирал ей профессию.
Долго так продолжаться не могло, а избавиться от наваждения способ был один, Домин знал наверняка. Его не раз подмывало взять Дину за руку, просто вывести из зала и усадить в машину, но в то, что она послушно с ним поедет, Домину верилось слабо, а насильником он точно не был.
Все должно быть по обоюдному согласию. И тогда она быстро ему наскучит, и наступит долгожданное освобождение.
Он несколько раз даже возвращался в «Рояль» к шести утра, а затем стоял и смотрел на свернувшуюся калачиком в углу дивана спящую девушку. Однажды она распустила свой хвост и в обрамлении копны волос смотрелась так беззащитно, что Домин не удержался, подошел, сел рядом на корточки и просидел так не меньше получаса.
А потом, приехав домой, понял, что этому безумию пора положить конец.
В помощники он выбрал Ворона, Плоского и Кадра, предварительно отправив Тимура в столицу. Домин в первый же день предупредил своих парней, что девушка — его, соваться к ней никому не следует, но в последнее время стал все чаще замечать, как недвусмысленно отирается возле Дины Тимур, а та отвечает ему благосклонностью. Поэтому Тимур будет лишним.
