Он все правильно говорил, а Динка как раз не была идеалисткой. Скорее наоборот, ее последние отношения — кстати, откуда Домин знает о Владе? — заставили ее посмотреть на любовь несколько под другим углом. И в другой ситуации она бы скорее всего согласилась — ни к чему не обязывающие отношения с интересным парнем, что в этом предосудительного? Придумала бы ему забавное прозвище и от души развлекалась, если бы только…
«Потому что я влюбилась в тебя, Максим.
А тебе нужна лишь очередная игрушка. Кукла. И это все за одни треклятые сутки».
Слезы отступили, лишь когда она подошла к аудитории. Осколки щита тускло поблескивали, разлетевшись по углам ее развороченного мира.
Глава 6
«Значит, тебя вычеркиваем». Фраза, как заезженная пластинка, без конца прокручивалась в голове Домина и приводила его чуть ли не в бешенство.
Эта пигалица все же отказала ему, хотя Домин был уверен, что она согласится.
В последние дни он ходил злой, дерганый, отрывался на подчиненных, пока Тимур прямо не предложил ему записаться на прием к его матери. Мать Тимура была врачом-невропатологом и добрейшим человеком, и не подозревала, в какой именно сфере трудится любимый сын. Домин поблагодарил и отказался, ему не нужна была медицинская помощь, ему нужна была всего лишь одна капитуляция. Но там как раз подвижек не наблюдалось."
"Он обещал себе не приезжать в казино в ее смену — смены менялись две ночи через две — и каждый раз приезжал всегда в одно и то же время, к десяти вечера.
А она каждый раз стояла в зале за покерным столом, конечно, если не было посетителей. И Домину хотелось думать, что она тоже подгадывает свое дежурство к его приезду. Казино начинало работу с девяти, при отсутствии посетителей за игорными столами дежурили по одному крупье по одному часу. И когда Максим приезжал, Дина неизменно оказывалась в зале.
Домин с чашкой кофе и сигаретой садился за столик напротив покерного стола, и они начинали играть в игру «Я не смотрю на тебя». Он знал, что она наблюдает за ним из-под длинных, опущенных ресниц, а сам Домин, лишь только Дина поднимала глаза, равнодушно отводил взгляд и со скучающим видом следил за крупье, бросающим шарик на рулетке.
Это и злило его больше всего.
