"
"— Я буду играть только с девушкой, — развернувшись вполоборота, не менее жестко ответил ему Александр.
— Алексей, они пропустили ужин, — продолжил так, словно внизу тявкала мелкая собачонка.
— Спасибо, я не голодна, Максим Георгиевич, — сказала Дина, глядя в глаза Домину и увидела, что тот едва сдерживается. Тимур поднялся из-за покерного стола и подошел ближе. И у нее мороз по коже пошел.
Если Горец всегда источал вокруг флюиды агрессии, то Тимура она привыкла воспринимать, как милого парня из соседнего дома, и теперь Динка поняла, как ошибалась.
Все правильно, правой рукой Горца милые парни из соседнего дома не становятся. В его раздутых ноздрях, взгляде изподлобья сквозило что-то звериное, и Динка вдруг испугалась за Александра. Еще убьют его эти два бешеных придурка.
Зато Александр вел себя совершенно спокойно. Вадим рядом чуть напрягся, его рука скользнула к борту летнего светлого пиджака. Там оружие, точно. Никак он телохранитель, а не приятель, а Динка еще удивлялась, зачем в такую жару нужен пиджак, пусть и летний.
Тимур заметил движение и плавно переместился за спину Вадима. Александр подался вперед и заговорщицки спросил у Динки, кивком головы указывая назад:
— Что, автомат под сидением возит?
— Не знаю. Я не езжу в его машине, — холодно ответила Динка и увидела, как закаменело лицо Домина. Ей было неприятно, что Александр понял причину такого настроения у себя за спиной. Она не принадлежит ни одному из этих двоих, она совершенно свободна, и это ее право общаться с понравившимся мужчиной.
Александр снова развернулся и сказал недовольным голосом, ни к кому не обращаясь.
— Сохраняйте спокойствие, господа. Послушайте хорошую музыку, «Лунную сонату», например.
Динка замерла. «Лунная соната». Бетховен. Игорь Константинович Чайковский, столичный авторитет, на которого работали Максим и Тимур, а Александр, стало быть, знакомый того самого Бетховена. Забавная картина вырисовывалась. Вадим тоже развернулся к тем двоим и развел руками:
— Свои, — и добавил, немного свысока, покачав головой: — Пацанва…
— Девушки должны отдохнуть и поесть, — упрямо продолжил Домин, но уже заметно сбавив обороты.
— Тогда мы поужинаем с ней в баре, — встал Александр.
— Я не голодна, — мотнула головой Динка, у нее от страха пересохло во рту, она уже была уверена, что миром дело не кончится. Рассиживаться в баре с Александром на глазах у Горца с Тимуром, пардон, Тамерланом, точно не лучший вариант развития событий. — Я только кофе выпью, если можно.
