— Ага, он их так красиво сбил с ног, всех троих!
— Вот-вот, думаешь — это случайно?
— Не знаю…
— А потом сержант говорит, что физрук совершил еще один мужественный поступок, но какой именно — разглашению не подлежит… Какой из этого следует вывод?
— Какой?
— Этот простоватый с виду паренек находится в Литейске по специальному заданию… Разумеется, нам об этом не следует знать, а тем более — обсуждать это.
— Ты же знаешь, милый, я не из болтливых…
«Милый»?.. Дальнейшая их болтовня мне стала не интересна. Пусть думают, что хотят.
И пусть сами играют, в свои интимные игры. Выходит, все эти «Григорий Емельяныч, я на помощь позову….», « Он хотел, чтобы я стала его женой, только без ЗАГСа…». — не более, чем театр одного зрителя? И этот зритель лежит сейчас в палатке, подслушивает чужой разговор и чувствует себя полным идиотом.
— Ой! — пискнула Симочка. — Я боюсь!
Глава 2
— Чего ты боишься?
— Там, на реке… плывет что-то… черное…
— Это крокодил.
— Ты еще смеешься?!
— Да бревно это… топляк…
— А-а, ну ладно… пойду я спать… Замерзла…
— Иди, я еще подежурю…
Раздался чмокающий звук.
Я повернулся на другой бок, натянул на голову капюшон спальника. И заснул. Военрук разбудил меня в четыре утра. Зевая и почесываясь, я выбрался из относительно теплой палатки. Было еще темно. Над водой скапливался туман. Я сбегал в кустики, потом спустился к реке, смыл ледяной водичкой сонную одурь. Вернулся к костру. Подкинул дровишек. Хворост уже закончился, пришлось сунуть в огонь конец одного из бревен.
Ночной разговор, который я подслушал, оставил в моей душе смутное ощущение.
Не то что бы меня сильно разочаровала Серафима Терентьевна. Обычное женское кокетство, желание чтобы вокруг крутились мужики, ссорились из-за нее и дрались. Глупо, но понятно. Петрова мне было даже жаль. Ведь не факт, что старшая пионервожатая на нем остановится. Скорее всего подыщет еще одного дурачка для своих манипуляций. Что касается меня, то я имею полное право махнуть на нее и ее ухажера рукой.
Теперь я опять свободен.
Конечно, я и раньше ничего не обещал Симочке, просто полагал, что она считает меня своим парнем, ну и она мне нравилась. Ошибся! Бывает. С женщинами самое главное — не забывать, что вокруг есть много других женщин. Теперь я с чистой душой могу начать ухаживать за Илгой. И вообще, мне есть чем заняться. Во всяком случае, свои новые жизненные приоритеты я, кажется, определил. Осваивать заковыристую науку педагогику. Готовить команду самбистов к весенней спартакиаде.
