На этом вечер советской песни следовало считать законченным, потому что уже совсем стемнело, и личному составу пора было отдыхать. Когда возмущенную объявленным отбоем толпу школяров обоего пола удалось разогнать по палаткам, военрук подошел ко мне и предложил дежурить ночью по очереди. Он вызвался сторожить с отбоя до четырех. Следовательно, мне выпадало время с четырех утра до подъема в восемь.
Я не стал спорить. Мои часы «Слава» показывали начало десятого, позволяя мне не только оценить благородство товарища Петрова, но и выспаться.
Я сходил к реке, умылся, почистил зубы и отправился в палатку, которую должен был делить с военруком. Серафима Терентьевна тоже ушла к себе, это я хорошо видел. Следовательно, можно было не беспокоиться о том, что оставляю свою девушку наедине с соперником. В лагере угомонились нескоро. Пожалуй, я уснул даже раньше, чем затихли бубнящие голоса.
А проснулся от того, что кто-то разговаривал. Негромко, но в ночной тишине я отчетливо слышал каждое слово.
Напрасно я рассчитывал на то, что эфемерные брезентовые стенки отгородят мою избранницу от назойливого ухажера. В первое мгновение хотелось выскочить и разобраться, но разговор шел обо мне и я решил сначала дослушать, что о моей скромной персоне думают коллеги и уж потом вмешаться. Вот ведь как бывает! Ты живешь с иллюзией, что твое представление об окружающих тебя людях соответствует действительности, а потом однажды просыпаешься и иллюзии развеиваются.
— По-моему, он неплохой парень, — пробубнил Григорий Емельянович. — Да, однажды он мне врезал, а потом просто увернулся, и я приложился к забору мордой… То есть — лицом. У него действительно неплохая подготовка, причем — не только по самбо… Знаешь, у меня такое странное ощущение, что он не так прост, как кажется.
— В каком смысле? — удивилась Серафима Терентьевна."
"— Такое ощущение, что он служил то ли в армии, то ли в милиции, но в личном деле об этом — ни слова.
— Как интересно! — ахнула старшая пионервожатая.
— Ничего интересного, — отмахнулся военрук. — Вполне возможно, что в нашем городе он появился неспроста.
— Ой, ты думаешь — он шпион?!
— Глупости! — фыркнул Петров. — Что делать шпиону в нашем городишке?.. Нет, здесь что-то другое…
— Что — другое?!
— Ты же сама утверждаешь, что он обезвредил трех хулиганов, один из которых был вооружен.
