Оно появилось с тех пор, как Василиса, махнув хвостом в клубе, опустила мое мужское самолюбие едва не до плинтуса, а потом так по-детски попалась ментам, что я даже прихерел. Умная девка, которая не бросается за богатого мужика замуж, просто не могла быть такой дурой, когда дело доходит до правоохранителей, но она была. Молча протянула сумочку, молча отвернулась, а потом ее приняли.
Блядь, и вот оставить бы это все… нахер.
Но отступать назад поздно. Отменять свадьбу за день до ее начала и вариться потом в говне не хочется.
А я уверен, что его будет много, учитывая, где сейчас та, которая завтра должна была взять мою фамилию.
– Сколько кофе ты пьешь? – неожиданно спрашивает Василиса, глядя на стакан эспрессо в руках, который я попросил у персонала бутика.
– Много, – усмехаюсь и неожиданно задаю вопрос, который интересует меня со вчерашнего вечера. – С кем ты была в клубе?
– Это важно?
– Все, что я спрашиваю, Василиса, имеет значение. Я редко задаю ненужные вопросы.
– Я была с подругой. Мы вместе стажируемся в больнице.
Мне вообще должно быть похер, но разобраться, кто ей в сумочку сунул порошок, очень хочется. В полиции, уверен, не соврали. Не они это. В тот вечер многих приняли, смысла что-то кому-то подбрасывать не было, да и давно уже таким никто не промышляет, особенно по клубам. У нее была наркота в сумке. Может, и ее, конечно. Как сказал следователь Савельев: “Ты, Билецкий, в этом зеленый еще, не знаешь, какими эти овечки бывают”. Правда не знаю. Как оказалось, я вообще нихера в бабах не разбираюсь.
В преступниках – да, в мотивах их – тоже. Могу едва ли не с первого взгляда определить, виновен или нет, но с женщинами сложнее. Я потому редко берусь за их защиту. Не люблю лукавства и притворства. Это не те чувства, которым есть место в моей профессии.
– Ну как вам? – спрашивает консультант, явно обращаясь ко мне.
Подняв голову, сталкиваюсь с ошарашенной Василисой, которая успела надеть платье лишь до пупка. Широко распахнув глаза, она резко дергает шторку и закрывается, а я, блядь, не могу выбросить из головы вид ее сочной троечки, упакованной в какую-то херню.
Ставлю пометку заехать в магазин белья, слабо понимая, на кой хер мне это вообще нужно. Вряд ли я когда-либо увижу их еще раз, но подумалось, что ее сиськи могут быть упакованы в наряд получше. Наверное, даже должны. Раз уж я обрекаю девчонку на год жизни с невыносимым мной, так хоть финансово о ней позабочусь.
– Простите, я думала, вы уже… – растерянно бормочет консультант.
