– Он сейчас в столовой, обедает вместе со всеми.
Последовав примеру Лизы и Кирюшки, я опрокинула напольную вазу и ринулась по коридору вперед.
К сожалению, за большим столом сидело очень много народа. Кара, закутанная с головы до пят в черное, прошелестела:
– Садись, Лампа, поешь спокойно."
"Для женщины, которая только что трагически потеряла супруга, она выглядела на удивление хорошо. Но еще больше изумила меня Роза Константиновна. Та сидела во главе стола, весело блестя глазами.
Из ее пухлого красногубого ротика потоком лились фразы:
– В тот день погода стояла отвратительная, мы сидели дома. А, Лампудель, здравствуйте, садитесь, угощайтесь! Зина, подай немедленно второе. Вот послушайте, что было дальше.
Я вытаращила глаза. В моем понимании мать, которая лишилась сына, должна впасть в полубезумное состояние, забыв про сон и еду. Но Роза Константиновна с завидным аппетитом уничтожала и впрямь удивительно вкусную мясную солянку.
Черпая ложкой гущу, в которой виднелись кусочки языка, сосисок и оливок, она как ни в чем не бывало предавалась воспоминаниям. Голос ее гремел под сводами столовой, и ей было очень комфортно ощущать себя хозяйкой. Рядом с говорливой старушонкой с мрачным лицом жевал Олег Павлович, далее сидели Лиза, Кирюша, Тина и Анжелика. Макс и Настя отсутствовали. Завершала картину хрупкая дама, облаченная в нечто, более всего похожее на мешок для картошки темно-коричневого цвета.
– Знакомься, – бесцветным голосом представила ее Кара, – моя мама, Галина Михайловна.
– Приехала поддержать дочь в трудную минуту, – вздохнула та. – Разве можно бросить человека в такой момент?
– Да, совершенно ужасно, – мигом подхватила Роза Константиновна, – жизнь так печальна. Сегодня ты жив, а завтра нет. Вот, помнится, в 1959 году…
– Молодые не должны уходить раньше стариков, это несправедливо и жестоко, – слащаво протянула Галина Михайловна.
– В 1967-м мы с мужем отдыхали в Карловых Варах, забыть не могу…
Роза Константиновна, удивленная сверх меры, что кто-то посмел прервать ее речи, на секунду заткнулась, но потом опомнилась и ринулась в бой:
– В 1959-м мы как раз ездили в Коктебель, в тот год вся интеллигенция была там…
– Удивительные источники Чехословакии, – повысила голос Галина Михайловна.
