Знаешь, я бы не утерпела и показала теперь этим кошкам, что отныне хозяйка в доме мышка. Поверь, они это заслужили.
Рада растерянно обвела глазами присутствующих. Ольга Сергеевна тем временем подошла к двери, потом обернулась и спросила у сидящей возле меня Тины:
– Теперь, когда отца нет, хочешь, поедем на неделю к морю? Больше времени уделить тебе не сумею, но семь, нет, шесть дней выкрою.
– Спасибо, – ответила Тина, – я подумаю.
– Ну-ну, – хмыкнула Ольга, – соображай быстрей, предложение действительно только на июнь.
И она ушла, оставив после себя удушающий запах дорогого парфюма.
Олег Павлович принялся громко растолковывать Раде порядок вступления в права наследования. Я тихонько спросила у Тины:
– Эта Ольга Сергеевна, кто она такая?
Девочка помедлила мгновение:
– Моя мать.
От полной растерянности и изумления я задала глупейший вопрос:
– Она бывшая жена Глеба Лукича?
– Нет, они никогда не расписывались. Да Ольге и не хотелось жить при муже, – словно о постороннем человеке, начала рассказывать Тина.
– Ольга вся в своем телевидении. Уж не знаю, как ее угораздило ребенка родить, но до пяти лет со мной возились няни, а потом папа женился на Раде, и они забрали меня."
"– Погоди, погоди, – я быстро произвела в уме вычитание. – Сколько же лет Глеб Лукич жил с Радой?
– Почти десять, – ответила Тина.
Чувствуя, что вообще ничего не понимаю, я ошарашенно поинтересовалась:
– Сколько же ей лет?
– Кому, Раде? Двадцать шесть в августе исполнится.
– Но…
Тина скорчила гримаску.
– Папа иногда говорил: «Если хочешь иметь хорошую жену, возьми девчонку-сироту и воспитай ее сам».
Рада откуда-то из Подмосковья, ни отца, ни матери, ни каких-либо других родственников у нее нет… Отец был доволен, хотя знаешь что он один раз сказал Роману?
– Нет, конечно.
– Что больно она дура, учиться ничему не желает и совершенно несамостоятельна! А потом добавил: «Хотя, с другой стороны, зачем мне умная, самостоятельная особа? Я такими накушался под завязку».
– Ольга Сергеевна работает на телевидении?
– Ты ее не узнала?
Я замялась.
– Не припоминаю.
– Неужели шоу «Жадность» никогда не видела?
И тут до меня дошло, отчего лицо шатенки показалось знакомым.
– Так это она? Но ведь ведущая – блондинка в очках!
– Образ для сцены, – пояснила Тина, – парик, а стекла в оправе простые, без диоптрий, ясно?
Воспользовавшись тем, что весь народ цугом потянулся в столовую вкушать кофе, я поднялась к себе в спальню и села у окна, глядя на буйно цветущий жасмин.
