На мой вкус, разговор об обратной перистальтике так же неуместен за столом, как и беседа об экскрементах животных, но я, естественно, не стала делать Ефиму замечаний, просто сказала Тине:
– Не переживай, вы с Радой вечно подтруниваете друг над другом, ей это нравится.
– Не желает общаться с нами – и не надо, – подвел черту Макс, – плакать не станем. Эй, Марина!
Экономка мигом материализовалась в столовой.
– Где хозяйка?
Женщина развела руками:
– Не знаю.
– Она в доме?
– Извините, не видела ее весь день.
Присутствующие молча уставились друг на друга. Неожиданно мне стало страшно, просто жутко…
– В бассейне, – пролепетала я, – с самого утра плавает резиновая кукла, может…
Все понеслись по коридору в «домик здоровья». От испуга Кара зажгла не верхний яркий свет, а боковые бра. Мы уставились на воду, где, раскинув в разные стороны руки, покачивалось нечто с белокурыми волосами. Я заметила, что локоны манекена не свисают ниже пояса, а колышутся у плеч, и почувствовала, как по спине потекли струйки пота.
– Вы думаете, это она? – сипло поинтересовался Ефим.
– Надо посмотреть, – прошептал Макс.
Парню было явно не по себе. Его физиономия слилась по цвету с голубоватым кафелем, которым были облицованы стены.
– Это она, – сказала я. – У куклы были длинные пряди.
– Ее нужно вытащить, – пробормотала Настя.
– Ты способна на такое? – накинулся на невесту жених.
– Нет, – растерянно ответила девушка, – мне очень страшно. Ой, у нее на пальце кольцо Рады, ну то, с брильянтом, который ей так нравится!
– Мама миа, – отступил на шаг назад Ефим, – что делать-то?
– Надо папе позвонить, – дрожащим голосом пробормотала Тина.
– На!
И она сунула мне мобильный. Не понимая, отчего сия миссия возложена на меня, я приложила крохотную трубочку к уху, услышала довольно раздраженное «да» и пролепетала:
– Глеб Лукич, это Лампа.
– Что стряслось? – мигом отреагировал он.
– Тут небольшая неприятность.
– Короче.
– Э-э-э…
– Быстрее, я занят!
– Понимаете, случилось нечто…
– Лампа, сколько тебе надо денег? Если речь идет о сумме, не превышающей двадцать тысяч долларов, то ступай в мой кабинет…
Я обозлилась.
Манера Глеба Лукича все регулировать при помощи волшебных зеленых купюр меня покоробила, наверное, потому я мигом заорала:
– Рада утонула, насмерть!
– Немедленно еду, – заявил Глеб Лукич и отсоединился.
Сбившись вместе, мы, не в силах более стоять у бассейна, выскочили во двор и сгруппировались на въездной аллее.
