Мою обессиленную руку взяли в свою, покрывая поцелуями, а я лениво открыла глаза.
— Так! Это что? Это… — внезапно застыл Оберон, облизывая бледные губы. – Это не кровь!
«Это не кровь!», - пронеслось по залу, а меня оттирали плащом. Я собралась с силами и открыла глаза. На моей груди было огромное алое пятно, а руки тоже были перемазаны в чем-то похожем на кровь. Короче, фея в местном кетчупе. Подавать холодненькой!
— Все нормально… Я платье … испортила, — сглотнула я, недоверчиво пробуя на вкус свои пальцы.
Мне показалось, или силы потихоньку возвращались ко мне, за то Оберон становился настолько бледным, что в какой-то момент я дернулась, отшатнувшись от него. Сияние в его руке погасло, а он тяжело встал, поднимая меня на руках.
— Мама! – закричала Доротея, бросаясь ко мне. – Мама! Ты жива! Мама! У меня есть свой дракон!
— Доченька, это лучше, чем ложконос и свинонос. Поверь маминому опыту, — усмехнулась я, сползая на пол.
— Значит, ты ушла к нему, — вздохнул король, глядя на меня странными глазами.
– Бросила нас и ушла к Оберону… Я понимаю, что порядком надоел за это время… Да и годы меня не пощадили…
Я смотрела на чужую семью, понимая, что радость от того, что все живы, сменяется болью чужого горя.
— Пойдем! – прошептал Оберон, прижимая меня к себе. Я чувствовала, как сердце разрывается от боли, глядя в глаза тех, кого я лишила жены и матери.
— Так это и есть тот ужасный Оберон? Мамочка, не бросай нас! Не уходи к нему! – закричала Доротея, бросаясь и повиснув на мне.
– Мамочка… Я прошу тебя… Хочешь, встану на колени? Я обещаю, что никогда не буду капризничать! Только не уходи…
— Я не… — сглотнула я, видя слезы, застывшие в глазах принцессы и слезу, которая катилась по щеке старого короля. Он отдал какой-то приказ, опустив голову. Я не могла выдавить из себя правду. Мне казалось, что правда убьет их.
Оберон молчал. Вот как им сказать, что я случайно, по нелепому стечению обстоятельств убила того, кого они любят больше всех на свете? Как можно сказать принцессе, что именно я, своими руками, лишила ее матери…
— Где бы я ни была, — прошептала я, отстраняясь от Оберона и делая шаг к растрепанной Доротее.
Я сегодня увидела принцессу в первый раз и даже не знала, как ее зовут, но сейчас моя рука лежала на ее мокрой щеке. Мои пальцы нежно стирали дорожки слез.
— Я всегда-всегда буду с вами, слышишь? – прошептала я, глотая слезы и пытаясь проглотить ком в горле.
