– С чего вдруг?
– Миледи стала проявлять беспокойство с того момента, как увидела, что молодой лорд вернулся не один, а с девушкой. Потом еще и пепельники приехали, что тоже ее возмутило. А сейчас миледи Архея и вовсе словно обезумела. Кричит: «Чую эту тварь» и мечется по комнатам. Разбила зеркало. Поранилась.
Лорд Грейв тихо выругался.
– Сильно? – мрачно уточнил он.
– Нет, ее уже исцелили, – заверил дворецкий. – Но… она сама не своя, мой лорд. Очень переживает за сына."
"Глава Домена Тлена помянул дашша снова.
– Значит так, передай миледи Архее, что днем здесь действительно была делегация Домена Пепла, – отрывисто произнес он. – Но прибыли они со вполне мирными целями. Если она насмотрелась новостей и волнуется из-за этого, скажи, что это все ерунда и у нас все под контролем. Пепельники уже давно уехали. Осталась только одна девчонка, которая еще и магией толком не владеет. Она уедет завтра. Тем более Айландир уже не маленький мальчик и сам скрутит кого угодно.
Девчонка для него точно опасности не представляет. И вообще, никто ничего с ее сыном сделать не хочет. И не сделает. Ясно?
– Да, мой лорд. Но… – дворецкий слегка замялся, а потом осторожно предложил: – Может, вы все-таки поговорите с ней сами? Хотя бы в этот раз? Если позволите заметить, мы давно ее в таком состоянии не видели. Только и слышно, что ругань…
– Нет, – отрезал лорд Грейв. – Я не собираюсь выслушивать очередную необоснованную истерику этой сумасшедшей. Передай моей жене, что я сказал.
И, если понадобится, дай успокоительное. У меня слишком много дел, чтобы отвлекаться по таким пустякам.
– Как прикажете, мой лорд.
Шаги дворецкого стали удаляться. Следом захлопнулась дверь кабинета лорда Грейва.
Только теперь я медленно выдохнула, расслабляя судорожно сжатые пальцы. Слова, которые по утверждению дворецкого кричала мать Айландира, звенели в голове набатом. «Чую эту тварь»!
И я почему-то была уверена, что это не простая ругань. Мать Айландира каким-то образом действительно чувствовала, кто я!
Счастье, что миледи Архею здесь считали слегка безумной и не вслушивались в то, что она говорит.
Для слуг брошенное ею определение «тварь» ничего не значило, а лорд Грейв, судя по всему, давно с женой лично не общался и выяснять подробностей вспышки гнева не захотел.
Боюсь представить, что было бы в ином случае!
Крики и суета тем временем прекратились. В коридоре вновь воцарилась тишина.
