Зевнув в кулак, он потянулся и закинул руки на спинку дивана. Левая оказалась прямо за моей спиной. Миг, и она осторожно коснулась моего плеча.
– Что за студенческие выходки? – не удержавшись, засмеялась. – Мы ведь договаривались, мне не нужны романтические отношения. Я приехала работать.
– Работайте, кто вам мешает? – поразился котик, не убирая наглой руки. – Да и для романтических отношений я слишком непригоден. Серьезно, не улыбайтесь так насмешливо. Хотя… Если подумать, то цветы я вам уже дарил…
Он загнул палец на правой руке, левая снова предприняла попытку лечь на мое плечо.
Была сброшена и оскорбленно сползла по моей спине, ущипнув в итоге поясницу.
– Серенады пел, – продолжал загибать пальцы Тардилар.
– Когда это? – удивилась я, перехватывая его левую руку.
Наши пальцы сплелись, и мое сердце вдруг пропустило удар. А Акель словно бы и не заметил ничего, продолжал рассуждать.
– Ну как же? Я пел, а вы подслушивали в этой части дома. Как можно такое забыть?
Мне перестало быть смешно. Слишком не нравилась реакция на этого мужчину, сидящего так близко.
Отняв свою руку, хотела подняться с дивана. Тардилар тут же меня остановил. Его лицо стало серьезным, как и голос.
– Я видел вашу Ингрид, – сказал он, заставив позабыть о глупостях. – Обычная студентка, ничего примечательного. Действительно рыжая, и глаза зеленые, но вы не похожи.
– Не похожи? По-моему, вы сами себе противоречите, – заметила я.
– Никак нет. – Котик осторожно коснулся внешнего уголка моих глаз и повторил: – Не похожи.
Совсем.
Я смутилась. Как школьница, ей-богу. И ведь он, по сути, ничего не сделал и не сказал, а мне показалось, что я признание в любви услышала. И сразу как в юношестве: и стыдно, и приятно, и страшно. Глупость какая!
Быстро поднявшись, подошла к окну, за которым не видно было ничего, кроме магического тумана. На сердце снова было неспокойно, но теперь не от хатистера и его тайн. Или не только от него.
– Аурика… – Котик не побежал за мной, не стал дальше смущать, а просто откинулся на спинку дивана и проговорил, закрыв глаза: – Я что, такой страшный?
– Хуже, – буркнула я.
– Это хорошо. – Тардилар снова зевнул. – Девушки любят плохих парней.
– Я не говорила, что вы плохой, – ответила, не подумав. Он тут же открыл один глаз и хитро на меня уставился. Пришлось переводить тему. Вернее, возвращаться к нужной теме. – Насчет Ингрид Шоустер… Мне кажется, вы не правы. Девушка меня явно копировала. Тренировалась улыбаться, как я, и даже двигаться.
