Как там говорят, пой, как будто никто не слышит, ешь, как будто не толстеешь?
Переведя взгляд правее, я заметил, что с прошлого раза кабак порядком изменился. В центре зала стоял стол, застеленный зелёным сукном, а за столом разместилась целая толпа народу. Девицы лезли обниматься к разломщикам, а разломщики наблюдали за игрой в карты. Барс играл против Фрола и ещё пяти мужиков.
Судя по хохоту, игра шла задорно. При этом у меня даже не было сомнений в том, что выигрывает Барс. Пока мы искали свободный столик, мои подозрения подтвердились.
Барс встал из-за стола и выкрикнул:
— Бармен! Выпивки всем за мой счёт! Будем до утра обмывать удачную вылазку!
Толпа одобрительно загудела, а я проводил взглядом Барса, который в обществе двух девиц покинул заведение. Эти дамы не выглядели напуганными, скорее, наоборот. Жаждали общества сильных мира сего, и за чувство безопасности готовы были подарить немного нежности.
— Столик освободился, — сказал Леший, потянув меня за рукав.
— Идите без меня. Я попозже присоединюсь, — ответил я и направился в сторону любителей карточных игр.
Пора немного подзаработать. Не зря ведь всё это время у меня была доминанта «Шулер».
Глава 6
— А сейчас, по заказу многоуважаемого Фрола Сергеевича, для вас звучит песня! — выкрикнул невысокий пузатый мужичок с закрученными усами.
Пышная дама раскинула руки в стороны и подошла к микрофону, широко улыбаясь. Она отвернулась, прочистила горло и запела хриплым голосом:
Братки маляву накатали,
Сказали нужно кассу брать,
Вот только братики не знали,
Что грабят собственную мать…
Под ритмичную музыку лилась трагичная история семейки вороватых идиотов.
Но, судя по окружающим меня мордам, история всех без исключения задела за живое.
— Мадама, разрешите пригласить вас на сеновал, — расплывшись в похотливой улыбке, прошептал «гвардеец» на ухо девице, сидящей у него на коленях.
— Юрик, ты такой галантный. Хи-хи, — кокетливо захихикала дамочка, поднялась и утащила своего кавалера на выход.
Воспользовавшись шансом, я запрыгнул на освободившееся место за игорным столом и приковал к себе всеобщее внимание.
— Тебе чего, селявка? — недовольно спросил громила, у которого по неведомой причине, отсутствовал кончик носа.
— Хочу в картишки перекинуться. Научите? — ответил я, широко улыбнувшись, и выложил на стол пятьсот рублей.
— Рыло, гляди. А малец-то при бабле. Хе-хе. Ну чё, научим? — спросил сидящий рядом с безносым.
Когда я услышал, что безносого зовут Рыло, то едва не расхохотался.
