— Выпившие его смогут говорить друг с другом, даже если находятся очень далеко…
— Насколько далеко? — сказал я с прежним напускным равнодушием, однако внутри всё затрепетало.
— В теории… — Барталомея задумчиво подняла взгляд к потолку. — В теории дальность ограничена лишь чистотой эликсира. В идеальных условиях лучшей Ахенской лаборатории можно создать такой, что позволит разговаривать на любом расстоянии.
— А что насчёт условий, далёких от идеала? — в моём голосе против воли появилась лёгкая хрипотца. — Я говорю о реальных условиях — тех, что доступны безумно талантливой, но лишённой столичных возможностей женщине-алхимику?
— Думаю, в таких условиях, — Барталомея позеленела от смущения, — можно говорить о тысячах, а может быть, десятках тысяч шагов…
Великолепно.
Речь шла о километрах. Я неожиданно почувствовал себя ребёнком, нашедшим под новогодней ёлкой подарок, о котором мечтал всю жизнь.
Связь. Самое ценное, что есть на войне.
Вопреки мнению дилетантов, победа на поле боя обеспечивалась вовсе не запредельной массой секундного залпа или подавляющим численным превосходством.
Залог успеха лежал в другой плоскости — в слаженной боевой работе подразделений. Работе, обеспечить которую можно было только одним. Хорошей связью.
Два отделения, способные координировать совместные действия, могли натворить дел больше, чем целая рота. Поэтому никакая взрывчатка, никакое стрелковое оружие по своей эффективности не сравнятся с парой простых раций.
Вот и получалось, что Барталомея, сама того не ведая, преподнесла мне настоящее сокровище.
Оставалось прояснить лишь один вопрос…
— Сколько времени тебе нужно? — спросил я, пристально глядя на девушку.
— Для приготовления эликсира? — Барталомея тряхнула головой. Она успела полностью погрузиться в мысли о предстоящей работе. — Сама перегонка не займёт много времени — мне понадобится два, может быть, три дня. Срок зависит от катализатора, и в этом заключается главная трудность…
Ну, разумеется. Ничего другого я и не ждал. Без трудностей в этом мире даже шнурки завязать вряд ли получится.
— Катализатора у тебя, конечно, нет? — хмуро спросил я, прекрасно зная, каким будет ответ.
— Подходящего — нет, — виновато вздохнула Барталомея. — Ещё недавно был… Дистиллят из чернил гигантской каракатицы. Не самый лучший вариант, но с ним можно было добиться неплохого результата. Жаль, что я использовала последнюю унцию почти сразу после побега из Школы…
Барталомея замолчала. Её кожа стала сиреневой от смущения.
