— Ты ошибся дверью, — я приставил остриё клинка к шее перевёртыша. — До чужих проблем мне нет никакого дела — у меня и своих более чем достаточно.
— Ты о Вороне? — мой собеседник, почувствовав холод стали, задрал подбородок, однако его тон совершенно не изменился. Он был всё так же спокоен. — Ворон — тьфу! Плевок на подошве мироздания. Я говорю о проблеме посерьёзней…
Человек без лица замолк на мгновение, бросив на меня крайне многозначительный взгляд, а затем веско добавил:
— Проблеме, которую ты создал сам.
Глава 18
Человек без лица снова замолк, а я опять обратил внимание на то, насколько тонко он чувствовал «нить» разговора. Даже профессионалы не всегда умеют вовремя взять паузу, будучи не в силах уследить за своим языком в условиях жесточайшего стресса. Мой собеседник справлялся с этой задачей на высочайшем уровне.
Грамотные действия, ничего не скажешь. Находясь в крайне уязвимой позиции, окончательно лишившись возможности сопротивляться, он пытался нажать на единственный «рычаг», который был ему доступен.
На моё любопытство.
И план вполне мог сработать, знай я чуть меньше, чем знаю, но на этот раз человек без лица всё-таки промахнулся. Причём дважды.
Во-первых, он очень зря недооценивал Ворона. К моему «приятелю» по прошлой жизни можно было относиться по-разному, однако считать его «плевком на подошве мироздания» точно не стоило. Особенно теперь, после обретения им сверхъестественных сил."
"Получалось, «Всеведущим», как бы парадоксально это ни звучало, оказалась неведома истинная природа Ворона.
И этим можно было воспользоваться.
Во-вторых, человек без лица зря решил, что я не смогу разгадать ту загадку, которую он пытался мне загадать. Достаточно было сложить два плюс два, сопоставив известные мне факты, и ответ напрашивался сам собой.
Рита. Уверен, речь шла именно о девушке — только она была той проблемой, которую я действительно создал сам, и которая могла представлять интерес для «Всеведущих». Сирена, взявшая под контроль целого императорского наместника, — это совсем не шутка, а прямая угроза власти.
Угроза, с которой нельзя не считаться.
Недавно Марк говорил мне, что вил Кьер больше никого не принимает — думаю, неожиданное затворничество графа объяснялось именно вниманием со стороны «Всеведущих». Человек без лица уже пытался взять Риту сам, но добился только того, что она ещё крепче затянула «поводок» на шее своего высокородного «питомца», запретив тому встречаться вообще с кем бы то ни было.
