Мероприятие не вечернее, поэтому я выбираю легкое, светлое платье с открытыми плечами и выхожу на улицу. Олег меня уже ждет. Я замираю на секунду, когда вижу, как он улыбается, глядя в телефон, но быстро заставляю себя перестать смотреть — обожгусь. Я уже чувствую, как сердце сдавливает, догадываюсь ведь: он вряд ли смотрит веселые картинки, скорее ведет интересные переписки. Он не говорит мне ни слова о том, как я выгляжу или типо того, и раньше меня бы это здорово обидело, но теперь я даже благодарна. Так легче.
На ярмарке народа много.
Мне приходится стоять рядом с Олегом и улыбаться, изображать, что я хочу быть здесь, хотя сама еле терплю его общество. Но вокруг люди. Пойдут слухи, если мы не будем медленно прогуливаться по парку, где когда-то впервые поцеловались. Я даже дерево это сразу узнаю и выделяю, смотрю на него пару мгновений, но тут же отвожу взгляд, когда Олег касается своим меня. Слезы опять пытаются прорваться сквозь не такую уж и глухую оборону, поэтому сейчас я стараюсь думать только о том, чтобы не расклеиться на глазах у толпы.
И он мне не помогает…
— Мне правда жаль, что все так произошло, — тихо говорит Олег, — Я пытался тебя защитить.
— Я не хочу об этом говорить.
— Ты должна это знать.
— Зачем? От этого мне должно стать легче? Или так ты свою совесть пытаешься успокоить?
— Я не…
— Если ты обо мне думаешь, закроем тему. Я не хочу ничего слышать. Оставь свои оправдания для…
Своей шлюхи. Очень хочу сказать, но во время прикусываю язык и бормочу.
— …Для того, кому это интересно.
— Прости.
— Почему он запрещает нам разводиться? — меняю тему на ту, которая меня действительно волнует.
Это хотя бы продуктивно. Олег бросает на меня короткий взгляд, потом жмет плечами и снова смотрит перед собой.
— Он хочет в Москву. Союз его дочери и простого парня с окраины добавит ему больше популярности.
— То есть мы…
— Часть его предвыборной гонки? Типо того.
Ожидаемо. Я почему-то так и думала, что вся эта каша связана с его карьерой — иначе и быть не могло. Вот что отец любит по-настоящему, так это себя и свои амбиции.
Я в этом только убеждаюсь, когда мы подходим к сцене, на которую он, собственно, и выходит. В его глазах горит азарт и удовольствие, упоение, даже можно сказать. Он наслаждается этим моментом, когда его имя скандирует толпа, а мама? Мама смотрит на него, как безумная. Она никого вокруг не видит, и ничего не видит тоже. Неужели я также вела себя в присутствии Олега? Наверно, да…"
"А потом я смотрю на Олега.
