Кусок кожи с частью татуировки был выжжен, обугленные неровные края раны чуть дымились. Так что один из вытатуированных воронов напрочь лишился своей головы, на месте которой теперь зияло месиво из порванных мышц.
– Чем тебя так?
– Помнишь серебряный пистолет, из которого ты в меня целилась? – невнятно спросил Леоне.. – Личное изобретение папаши. Он имеет власть над металлом и неуязвимость к упырям, так что… Постарался, чтобы было чем прикончить родного сына.
Роэл осторожно стащила с Гаспара пропитавшуюся кровью рубашку и принялась промывать рану.
Поначалу руки дрожали – она боялась причинить ему боль, но затем успокоилась и действовала уверенно и отстраненно. В довершение наложила на рану повязку, обмотав его торс бинтом так туго, насколько хватило силы. Но, кажется, это не помогло – на белой марлевой поверхности практически сразу появилась кровь, очень быстро его пропитав. Выглядел Леоне откровенно плохо – на лбу выступила испарина, и дышал он с присвистом. Яркие зеленые глаза Гаспара померкли, точно их затянуло какой-то мутной пленкой.
– Гаспар… – Роэлпротянула руку к его раскаленному лбу, не решаясь прикоснуться, но затем отвела прядь его мокрых волос.
– Куколка… – Леоне поймал ее за запястье и сжал так крепко, что девушка едва сдержала стон. – Дуй в магазин и купи мяса. Только не свинину и не говядину! Какую-нибудь косулю, пристреленную два-три часа назад. Сердце давай!"
"– У нас в магазине такое не продают… – нерешительно сказала Роэл.
– Да и вечер уже…
– В Харви Николс езжай, – раздраженно перебил Леоне. – Такси возьми. Давай, куколка, давай, шевели своей красивой задницей! Впрочем, если хочешь, чтоб я сдох, можешь и не торопиться.
Харви Николс был VIP-магазином для элиты в центре Буковеня, где продавались продукты экстра-класса. От ценников Роэл поначалу пришла в легкий ступор, но затем вспомнила, что Гаспар дал денег и ее отпустило. В мясном ряду Роэл, к своему огромному удивлению, углядела освежеванную тушу лани.
Целиком она ее покупать не стала, потому что просто не утащила бы. Взяла вырезку, сердце убитого сегодня утром в лесах под Буковенем животного ей так же любезно продали и завернули.
При виде девушки с огромным фирменным пакетом, который она еле-еле дотащила, Гаспар приподнялся. Зрачки его сузились, а ноздри затрепетали.
– Иди-ка, прогуляйся, солнышко, – велел Леоне, даже на нее не глядя. Его целиком и полностью занимал пакет с мясом.