Вновь оглядываюсь по сторонам, а затем пишу Кэму смс.
Аккуратно шагаю вперед, боясь, что Майк сейчас подскочит и начнет махать кулаками. Он лежит на боку. Майк не шевелится, и меня охватывает страх. Присев на корточки, дотрагиваюсь до рукава его кожаной куртки.
– Эй, – легонько трясу за плечо, но он не реагирует, – Майк.
Убрав телефон в карман, я хватаю его за предплечье и тяну в свою сторону, чтобы перевернуть. Крик ужаса застревает в горле, когда я вижу, что глаза Майка открыты. Остекленевшие глаза.
Горло рассекает темная жирная полоса, из которой сочится вязкая, как смола, жидкость почти что черного цвета.
Не могу ни вдохнуть, ни выдохнуть. Потеряв равновесие, падаю на колени, одной рукой упираюсь в асфальт, а другой задеваю грудь Майка. Его футболка насквозь пропиталась кровью, и мне даже кажется, что кровь еще теплая. Поднимаю руку и с ужасом смотрю на багровые вязкие следы на ладони. Из легких вырываются то ли всхлипы, то ли стоны. К горлу подкатывает тошнота. Пытаюсь встать, но ноги не слушаются, в ушах стоит звон.
Уперевшись ладонями в асфальт, судорожно пытаюсь отползти, стирая ладони о шершавую землю.
Стеклянные глаза Майка смотрят в черное небо. Везде кровь. Кровь на асфальте, на моих руках, джинсах.
Когда меня резко хватают, я начинаю брыкаться и кричать, кричать до боли в горле.
– Это я, милая, все хорошо, хорошо, – снова и снова повторяет Кэм, прижимая меня к своей груди.
– Майк, он, – всхлипы мешают мне говорить. Пытаюсь развернуться, но Кэмерон крепко сжимает меня в объятиях, прижимая к своей груди.
– Он мертв, Кэмерон! Он мертв.
– Тш-ш, тихо, не смотри туда, Банни, просто не смотри.
Кэмерон прижимает меня к себе так сильно, что мне кажется, что я отключусь. Слышу голоса Зейна и Сабрины. Затем вой сирены скорой помощи, мигают огни полицейской машины.
Майк мертв. Он убит. Ему перерезали горло прямо посреди улицы.
И я уже никогда не смогу забыть эти остекленевшие карие глаза.
Глава 26
Полицейский участок.
31.03.18. Поздний вечер.
Я думала, что мне дадут время на то, чтобы прийти в себя. Накроют пледом, как в кино, дадут горячий чай и пару минут наедине с собой. Но этого не было.
Не помню, как мы доехали до полицейского участка. Шериф задает мне одни и те же вопросы уже второй час, я снова и снова рассказываю в подробностях о том, как нашла Майка. Горло саднит после громкого крика, и мне приходится прикладывать усилия для того, чтобы меня расслышали.
