Как только мои ладони касаются его груди, он морщится, будто от удара.
– Что я пропустил? – прикрыв глаза, я с облегчением вздыхаю, когда слышу голос Зейна. – Эй, – он опускает ладонь на плечо Кэма, – пойдем, бро, перекур.
Гарри и Кэмерон еще несколько секунд смотрят друг другу в глаза, а затем Кэм сдается под натиском Зейна и уходит вместе с ним. Я следую за ними, но по пути в холл Зейн оборачивается и коротко кивает мне, прося оставить их наедине.
Я тяжело вздыхаю, но подчиняюсь. С кухни доносятся шаги, и, чтобы не столкнуться с Гарри, я иду в сторону лестницы и скрываюсь в своей комнате.
Включив настольную лампу, сажусь на кровать и закрываю ладонями лицо. Сквозь приоткрытое окно слышен смех Нейта и Джин, и я испытываю настоящую зависть к той легкости, которую они сейчас чувствуют.
Вздрагиваю, услышав тихий стук. Кэмерон заходит и, прикрыв за собой дверь, прислоняется к ней спиной. Мы молча смотрим друг на друга и мне кажется, что эта тишина является третьим человеком в комнате.
– Думаю, сейчас самое время для разговора, – тихо говорит он, пряча руки в карманы джинсов.
– Где мы выясняем отношения.
В приглушенном свете лампы я ловлю едва заметную улыбку на его губах.
– Кто начнет? – спрашиваю я, нервно ерзая. – Есть какие-то правила? Я не сильна в этом, особенно в качестве пары.
Пытаюсь отшутиться, но чувствую, что лишь зарываюсь глубже. И как только у Кэмерона каждый раз выходит разрядить атмосферу своими шутками?
Оттолкнувшись от двери, он берет из угла комнаты стул и, поставив его у кровати, садится напротив меня.
Уперевшись локтями в колени, он сцепляет пальцы в замок и заглядывает в мои глаза.
– Насчет Присциллы. Гарри сказал правду. Мы расстались, потому что я изменил ей.
– Ты не обязан рассказывать, это было до меня. У меня тоже была личная жизнь до встречи с тобой.
– Банни, твоя личная жизнь невинней, чем спящий младенец.
– Ну спасибо."
"– Слушай, я знаю, как тебе неприятно будет услышать это, но ты должна знать. Я не хочу, чтобы между нами оставались вопросы.
Мы с Присли начали встречаться, когда еще были детьми. Родители мечтали, что когда-нибудь мы поженимся, и они сольют воедино самое дорогое, что у них есть, свои состояния. Мне нравилась Присли, я был влюблен в нее, когда мы были подростками, но со временем чувства просто угасли, а я все равно оставался с ней. Может, по привычке или мне просто было комфортно – не знаю. В ночь выпускного мы с Зейном разбили кадиллак моего отца, который взяли без спросу.
