Я улыбаюсь и делаю еще глоток вина.
– Ты поговорил с Барни? – спрашивает она, когда я сажусь рядом с ней.
– Да.
– И что?
– Что «и что»?
– Что было у Джека в компьютере?
– Ничего важного.
Миссис Джонс ставит перед нами тарелки. Пот-пай, пирог с курицей. Одно из моих любимых блюд.
– Спасибо, Гейл.
– Приятного аппетита, мистер Грей, Ана, – вежливо говорит она и уходит.
– Ты не хочешь мне говорить, да? – не унимается Ана.
– Что говорить?
Она вздыхает и выпячивает губы, потом берет еще кусочек с тарелки.
Я не хочу тревожить ее новостью о специальной папке «Грей» у Джека.
– Хосе звонил, – говорит она, меняя тему.
– Да?
– Он хочет привезти в пятницу твои фотографии.
– О, даже с доставкой. Как любезно с его стороны. – Почему он сам хочет привезти их, а не галерея?
– Он хочет посидеть в ресторане. Выпить. Со мной.
– Понятно.
– Тогда уже вернутся Кейт и Элиот.
Кристиан кладет вилку на тарелку.
– В чем конкретно состоит твоя просьба?
– Я ничего не прошу. Я информирую тебя о своих планах на пятницу.
Слушай, я хочу повидаться с Хосе, а ему нужно где-то переночевать. Либо он переночует здесь, либо в моей квартире, но в последнем случае я тоже должна быть там.
– Он приставал к тебе.
– Кристиан, это было много недель назад. Он был пьяный, я тоже, ты спас положение – и этого больше не случится. Ведь он не Джек, слава богу.
– Там Итан. Он может составить ему компанию.
– Хосе хочет повидаться со мной, а не с Итаном.
Я хмуро смотрю на нее.
– Он просто мой друг, – настаивает она.
Она уже получила Хайда – а что, если Родригес надерется и тоже попытает счастья с Аной?
– Мне это не нравится.
Ана набирает полную грудь воздуха, словно пытается сохранить хладнокровие.
– Он мой друг, Кристиан. Я не виделась с ним с тех пор, как была на его вернисаже. Да и то совсем мельком. Я знаю, у тебя нет друзей, если не считать ту ужасную особу. Но ведь я не возмущаюсь, когда ты видишься с ней.
При чем тут Элена? Я вспоминаю, что так и не ответил на ее сообщения.
– Я хочу с ним встретиться, – продолжает она.
– Я была ему плохим другом.
– Вот ты как думаешь? – спрашиваю я.
– Что думаю?
– Насчет Элены. Тебе хочется, чтобы я не виделся с ней?
– Совершенно верно. Мне очень хочется, чтобы ты не виделся с ней.
– Почему ты не сказала мне об этом?
– Потому что я не считаю себя вправе так говорить. Ты считаешь ее своим единственным другом. – Она явно расстроена. – И ты не вправе решать, могу я видеться с Хосе или нет. Неужели ты не понимаешь?
Она права.
