Ана поднимает руку.
– Двадцать четыре тысячи долларов!
Для меня это словно удар под дых.
Что. За. Черт.
– Двадцать четыре тысячи долларов, прелестная леди в серебряной маске. Раз… два… Продано! – объявляет церемониймейстер под оглушительные аплодисменты.
За нашим столом все глядят на нее, разинув рот, а мой гнев мчится по спирали и вырывается из-под контроля. Эти деньги предназначались ей. Тяжело вздохнув, наклоняюсь и целую ее в щеку.
– Не знаю, то ли мне благоговейно поклоняться, то ли хорошенько отшлепать и выбить из тебя дурь, – шепчу я ей на ухо.
– Я бы выбрала второй вариант, – тут же шепчет она в ответ. Задыхаясь от желания.
Что?
На мгновение смущаюсь, но потом понимаю, что серебряные шарики сделали свое дело. Она хочет меня, хочет страстно, и мой гнев улетучивается.
– Ты выбираешь страдание? Что ж, поглядим, как нам это организовать… – Провожу пальцами по ее щеке.
Пускай еще немного подождет, Грей.
Это станет достаточным наказанием.
Или, пожалуй, надо продолжить ее мучения, приходит мне в голову коварная мысль.
Она ерзает и с трудом сидит на месте, пока мои родные поздравляют ее с победой. Я кладу руку на спинку стула и глажу большим пальцем ее голую спину. Другой рукой я подношу к губам ее ладонь и целую, потом кладу руку Аны на мое бедро. Потом медленно передвигаю выше – и вот уже ее пальчики могут чувствовать мою эрекцию.
Слышу резкий вздох; на меня глядят из маски ее обезумевшие глаза.
Моя милая Ана, мне никогда не надоест тебя шокировать.
Аукцион продолжается, внимание моей семьи уже переключилось на следующий лот.
Ана, осмелев от страсти, удивляет – начинает ласкать меня сквозь ткань брюк.
Дьявол.
Я прикрываю ее руку своей, чтобы никто не увидел, как она это делает, а другой рукой продолжаю гладить ее спину.
Брюки становятся тесны.
Она поменялась с тобой ролями, Грей. Снова."
"– Продано! За сто десять тысяч долларов! – объявляет церемониймейстер, возвращая меня к реальности. Это стоимость недели в Монтане, в доме моих родителей.
Колоссальная сумма.
Весь шатер взрывается аплодисментами и ликованием. Ана убирает руку и тоже аплодирует.
Проклятье.
Я тоже нехотя аплодирую. Аукцион закончился, и я планирую устроить для Аны экскурсию по дому.
– Ты готова? – спрашиваю я тихонько.
– Да, – отвечает она. Ее глаза под маской сияют.
– Ана! – говорит Миа. – Пора!
Ана с недоумением смотрит на нее.
– Пора что?
– Сейчас объявят аукцион первого танца. Пойдем! – Миа встает и берет ее за руку.
