- Мила… Ну, хорошо, хочешь, уезжай, но позволь мне хоть как-то… компенсировать что ли…
- Ты что? – смотрит на меня, как на полоумного, - Ты мне деньги еще предложи! Пиздец! Это вас тут, в Питере что ли такому учат?
- А что, московские мужики женщинам денег не дают?
- Я с московскими не трахалась.
- А ты попробуй, вдруг понравится.
Раз.
По морде, хлестко. Отрезвляет.
Два.
По Библии, вторую щеку подставил.
Три…
Это уже чисто русское, троекратный поцелуй, троекратная пощечина.
Четвертую уже не дам, да и она не может, руку отбила.
Беру за запястье, прижимаю ладонь к ноющей щеке.
Сука, рука тяжелая у неё. Больно.
Но мне полезно.
- Мила, оставайся.
- Я номер сдала.
- Гостиниц полно. Кстати, то место, где мы вчера ночевали…
- Нет! – почти кричит. – Нет. Туда не поеду.
- А куда хочешь?
- В «Англетер» - с вызовом.
- Надеюсь, не застрелишься?
- Увы, поэт из меня не важный. Да и возраст не тот… лишний десяток лет.
- В «Англетер», так в «Англетер», поехали.
Глава 23
- Жень, я сошла с ума?
- Сошла.
- Что мне делать?
- Наслаждайся.
Подруга усмехается, отправляя в рот полную ложку «Павловой». Меня передёргивает.
- Ой, только вот торт не надо ненавидеть! – продолжает усмехается Женя, прекрасно считывая мои мысли.
Торт, названный в честь великой русской балерины ненавидеть было за что.
За объединяющий его и «обожаемую» мной любовницу мужа балет.
- Торт ни в чём не виноват, тем более, не факт, что Анна Павлова такой вообще ела.
- Еле, не ела, какая разница. Не об этом.
- Вот-вот. Давай лучше о твоём незнакомце и разводе… мостов.
О незнакомце я и пришла поговорить.
Мне надо было поделиться.
Удивительно то, что с Женей мы общаемся в основном по интернету. И познакомились там же. В одной из соцсетей в группе для женщин.
Сначала сидели в «болталке» там, обо всем разговаривали, без рангов и чинов, ну, понятно, что в основном всё-таки подобралась группа приблизительно одного возраста и социального статуса, было несколько человек из другой оперы, но как-то быстро они отмелись.
Потом перешли в мессенджер, где переписка была более кулуарной и удобной, тут изначально вместо нескольких тысяч читающих, что называется «из кустов» нас отделилось человек десять, может чуть больше. Постепенно стали отсеиваться и другие.
В итоге осталось семеро. Четыре москвички, одна девушка из области, одна живущая в далекой Германии и питерская Женя.
