При перевертывании левой рукой пятна были бы сверху. Поздно вечером, в тот же день, убийца был арестован в трактире на станции Любань. Он оказался раненым в ладонь правой руки и расплачивался золотом. Доставленный к следователю, он сознался в убийстве и был осужден, но до отправления в Сибирь сошел с ума. Ему, несчастному, в неистовом бреду все казалось, что к нему лезет отец Илларион, угрожая и проклиная.
– Из вашего рассказа, Юрий Петрович, можно сделать вывод, что господин Путилин пользовался дедуктивным методом расследования, как знаменитый сыщик Шерлок Холмс, – сказал я, чтобы что-то сказать, когда Банков замолчал.
– А кто это такой? – удивлённо спросил меня коллежский асессор.
– Да мне в Петербурге книжица на английском языке попалась, – начал я, пытаясь вспомнить, а написал ли в это время Конан Дойл свои книги или нет. – Так в ней рассказывалось о лондонском сыщике Шерлоке Холмсе, который при расследовании преступлений пользовался дедукцией. Это такой метод мышления, следствием которого является логический вывод, в котором частное заключение выводится из общего.
– Не знаю, не читал о таком, – задумчиво протянул Банков, потом тряхнул головой. – Вернее всего, недавно написанное произведение. Отсюда вывод, что не Путилин пользовался дедукцией как Шерлок Холмс, а писатель при описании расследований данного сыщика пользовался теми методами, которые использовал при своих расследованиях Иван Дмитриевич.
– Не буду спорить, Юрий Петрович, – я поднял руки вверх. – Я, если честно, книгу купил, чтобы обновить познания в английском языке.
К ней заодно и словарь прикупил.
«Фуух, кажется, с темы о Конан Дойле и Шерлоке Холмсе съехал. А то, может, ещё и не написано, и не издано ничего», – подумал я про себя, делая мысленный глубокий выдох."
"– О вашем знании большого количества языков наслышан, Тимофей Васильевич, – с небольшой грустью произнёс следственный пристав. – Признаться, завидую белой завистью. Для меня изучение в гимназии французского, немецкого, латинского, а тем более древнегреческого было изуверской пыткой.
Ну не шли они мне в голову. Еле-еле французский устно более-менее сносно освоил, остальные – лишь бы из гимназии не выперли.
– А мне, Юрий Петрович, признаюсь, языки как-то легко даются. Но это не значит, что я ничего не делаю. Вот сейчас у меня на каждый день план выучить десять иероглифов на китайском и десять слов на корейском.
Произнося это, я достал из левого кармана брюк листок, на котором было изображено десять китайских иероглифов.
