— Он ее не любит! И никогда не любил!
— Вот стерва мелкая, — шипит Анна Игоревна и уже готова бросится в бой на мою “соперницу”.
— Хватит, — смахиваю со лба локон, отталкиваюсь от фонарного столба и плетусь дальше. — Хорошего дня, Анна Игоревна.
— Виточка, мужики же они… бестолковые…
Меня нагоняет упрямый стук каблуков, и Карина хватает меня за руку и бессовестно ее дергает, вынуждая меня остановиться.
— Что тебе надо от меня? — я едва сдерживаю слезы и крики.
— Я беременна. От вашего мужа.
Глава 2. Отработанный материал
Карина всхлипывает, слезы утирает мятой салфеткой, а я делаю медленный глоток горького и терпкого эспрессо.
Она шла за мной до самого кафе и заунывно плакала. Я тоже хотела поплакать, но передумала. Не перед любовницей Артура мне сопли распускать.
— Я беременна…
— Я это уже слышала.
Небольшой зал кафе пустой. За стойкой скучает молодой бариста. Копается в телефоне. Вихрастый, курносый и с милыми веснушками на лице.
— От Артура.
— А я тут при чем? — перевожу блеклый взгляд на бледную Карину.
— Скажи об этом Артуру.
— Я ему сказала, — она поджимает губы.
— И?
— Он меня выгнал, — запинается, сглатывает и шепчет, — а после кулаком дверь пробил.
— Какую дверь?
— В прихожей, — Карина шмыгает, — дверь гардеробной.
— Понятно, — пустым голосом отвечаю я и делаю очередной глоток.
Замечаю взгляд баристы. Кошу на него недоуменные глаза с чашкой у рта, а он краснеет и вновь утыкается в телефон.
— Я его люблю.
Отставляю чашку, прижимаю пальцы к вискам и смотрю на глупую, но невероятно очаровательную Карину, которую хочу задушить голыми руками или разбить ее хорошенькое лицо о стол.
— И это я уже слышала. Чего ты от меня хочешь? Это не я с тобой спала и не от меня ты…
Выдыхаю и закрываю глаза. Я несколько лет мотаюсь по врачам в попытках забеременеть. Проблем ни у меня, ни у Артура не нашли. Доктор Артура даже похвалил, что он в отличной форме, а его эякулят — живой, активный и готов оплодотворить любую матку, но, видимо, не мою.
— Вы же его теперь оставите?
— Да, — я печально усмехаюсь и вглядываюсь в глаза Карины, в которых вспыхивает надежда.
— Он весь твой. Я брезгливая.
Хмурится, переваривает мои ядовитые слова и возмущенно распахивает глаза:
— Я, между прочим, была девственницей!
— Так я тоже, когда встретилась с Артуром, — пожимаю плечами. — И что?
— Это другое.
Смеюсь. Какая нелепая ситуация! Глотаю очередной смешок и откидываюсь на спинку стула, утомленно глядя на Карину, чьи щечки покраснели от гнева.
