Разницу чувствуете? Нора бросила на Леонидова такой злой взгляд, что без надежды согреться вскоре под солнцем он бы погрузился в вечную мерзлоту. Солнце было в нескольких шагах, его закрывала шляпа, но Алексей уже знал: все будет. Все.
На взаимность он и не рассчитывал, но то, что женщина откроет ему душу, сомнений не вызывало. Она непременно захочет узнать, кто отнял у нее Серебрякова. Ибо так плакать могут только по любимому. А кто же тогда ее спутник? И как он все это пережил?
Кроме сотрудников фирмы «Алексер», вдовы покойного, его сына, родных и стоящей особняком супружеской пары, на похоронах присутствовали еще какие-то люди в черном, с короткими стрижками и бычьими шеями.
Приехали на черном джипе. Их лица показались Алексею знакомыми. На шикарном венке, вынесенном из джипа, значилось: «Скорбим. Помним». Он тоже помнил: связываться не стоит. У них свое расследование, у него свое. Только в случае крайней необходимости можно пойти на контакт.
Бочком, бочком Леонидов стал протискиваться к выходу.
Картина у ворот кладбища выглядела внушительно. Черный «Сааб», на котором ездил покойный. Огромный черный джип. Парочка «Мерседесов». Рядом скромно пристроился синий «Пассат». Поодаль стояла «Вольво»-универсал серебристого цвета. И Пашин красный «Пежо». Леонидов задержался у «Пежо» и стал с увлечением его разглядывать. Красивая машина. «Хочу такую, – заскулила душа. – Почему я, такая чистая и невинная, хожу пешком?» «Дурочка, ты летаешь», – попытался утешить ее Леонидов и тут увидел коммерческого директора под руку с Норой.
– Ты бы хоть всплакнула ради приличия, – услышал он злой Пашин голос.
– Еще чего! Туда ему и дорога, – огрызнулась Нора.
Леонидов сделал шаг вперед и сладко пропел:
– Здравствуйте, Павел Петрович. Не застал вас вчера на работе и очень огорчился. Очень. Искал сегодня с утра, узнал, что вы на кладбище поехали и решил проявить инициативу. Вы как на это смотрите? Положительно?
– Добрый день, – кисло отозвался коммерческий директор и нервно поправил галстук.
– Место для разговора не совсем удачное, вам не кажется?
– Что ж поделаешь, если хотите, можем проехать в Управление. Побеседуем в кабинете. Сразу предупреждаю: кондиционера нет, вид из окна удручает. Должно быть, поэтому оттуда частенько уходят со слезами на глазах. Жалеют меня. Или себя? Как вы думаете?
– У вас оригинальная манера общения э-э-э…"
"– Леонидов Алексей Алексеевич, – отвесил он легкий поклон.
