– А сколько он возился с магнитофоном?
– Ну, часа два. Потом обмыли.
– Глебов что, пьет?
– Ни-ни! Посидел за компанию.
– Спасибо, Василий, вы оказали неоценимую помощь следствию.
– Че-то я не понял…
«И не надо».
Когда он пришел, наконец, домой, мама с удовлетворением сказала:
– Нагулялся! – Он вспомнил, что ночевал у Ляли, откуда позорно сбежал поутру, а вчера вернулся поздно и моментально заснул. Мама еще ничего не знает, потому и говорит:
– Мой руки и садись ужинать.
– Надеюсь, это не макароны?
– Гречка.
– Как? Неужели ты решилась? – ужаснулся он. Впрочем, ужаснулся притворно.
– Лешка! – пригрозила родительница. – Все шутишь! Уши оборву!
За ужином она загадочно спросила:
– И когда же свадьба?
– Свадьбы не будет, – сказал он.
Во рту была гречка, и мама не расслышала, переспросила:
– Когда?
– Мама, я расстался с Лялей, – сказал он, протолкнув в горло липкий ком.
– Леша! Что ты говоришь! – Она без сил опустилась на стул. – Как? Почему?
– Потому что я встретил другую женщину.
– Где встретил? Когда?
– Первого сентября. У лифта.
– И ты решил жениться на ней?!
– Это возможно только в моих мечтах.
– Леша! – всплеснула руками родительница. – Ты что, опять начал пить?! У тебя галлюцинации!
– Мама, – обиделся он, – я слово свое держу. С позорным прошлым покончено раз и навсегда. Добавка есть?
Она не разговаривала с ним весь вечер. До самой ночи. Он мирно уснул под «Титаник». Кассета вновь домоталась до конца.
Глава 7
Вниз по списку
Проснувшись, Алексей сладко потянулся, привычно глянул на таймер видеомагнитофона.
Итак, он в третий раз не посмотрел фильм. Или посмотрел? Настроение было прекрасное, несмотря на то что в квартире царила гробовая тишина. Хоронили его свадьбу с Лялей, которой быть не суждено. Мама по привычке вставала рано, чтобы проводить оболтуса на работу. Сегодня встала, чтобы выказать молчаливо презрение. Леонидов не стал рассказывать ей о том, какая Ляля стерва и как плохо было бы, если бы они поженились.
Он сделал гимнастику, принял холодный душ и пошел варить себе кофе. Оказалось, кофе ему сварили. Молчаливо презирая сына, мама исполняла обязанности хозяйки дома.
– Спасибо, – сказал он, поднявшись из-за стола и потянулся, чтобы чмокнуть ее в щеку.
– Лешка, Лешка… – покачала головой родительница. – Что с тобой будет дальше?
– Я так понимаю, это конец бойкота? Подпишем мирный договор?
По ту сторону баррикад тут же капитулировали. Мать есть мать.
