Ко всему прочему у меня в вассалах сейчас находится тот, кто утирает нос северянам и вполне может попасть в рейтинг Неукротимых, а я ни сном, ни духом о случившемся. Мальчишка режет юную элиту Севера на куски без чьей-либо поддержки. Почему ты утаила такое от меня? Я не люблю подобного…
— У него есть поддержка, великий отец. Моя поддержка! А за мной стоите вы, — обворожительно усмехнулась девица на одобрительный кивок главы. — Мальчишка и вправду хорош, а его рост необычайно аномален. Всё-таки дядя Хаззак умеет находить самородки.
Тем не менее на Севере он еще ничего не добился. Время триумфа не пришло. Мне дорога моя жизнь и я никоим образом не желала вас разочаровать. Я знаю, насколько вы любите хорошие вести и знаю, что вы не терпите промашек. Погибни малец во время первого этапа и узнай вы о столь плачевном исходе, и я бы первой попала под горячую руку, но сейчас… Сейчас всё иначе. Как и говорила ранее, я восхищаюсь тем, с какой скоростью до вас доходят новости.
С каждым словом дочери Данакт улыбался всё шире, а под конец красноречивой речи тот удовлетворённо рассмеялся себе под нос.
— Кто бы сомневался, что моя дочь сможет провернуть нечто… занятное. Ты молодец, Кайсанари. Знаешь, как порадовать своего старика. Я действительно доволен такими известиями. Давно мы столь болезненно не пинали северян, — с явным злорадством отметил глава великого дома. — Мне необходима вся информация о воспитаннике Изувера. Чувствую, что он подобрал себе отличную замену.
— Благодарю вас, великий отец, — удовлетворённо усмехнулась Нефрит.
— Я делаю всё возможное, чтобы увеличить и упрочить влияние и славу Ксанта. Тем не менее я хочу немного просветить вас о воспитаннике дяди Хаззака. Когда будете знакомиться с его досье не удивляйтесь слишком сильно.
— Есть нечто интересное? — малость изумился Данакт.
— Тот бывший смертник, о котором вам донесли ранее, человек, который помог захватить Западный форпост, разумный, на которого объявила охоту Аэрия и Наказующие, а также воитель, который переворачивает вверх дном Север… это всё одна личность, великий отец, — сделав театральную паузу, самодовольно изрекла Кайса, наблюдая за резко изменяющейся мимикой родича.
— А имя его — Ранкар Хаззак.
На секунду в апартаментах возникла гробовая тишина, брови правителя взлетели вверх, но затем молчание разрушилось из-за громогласного хохота.
— Хорошо! Очень хорошо! — хлопнул радостно в ладоши мужчина, продолжая смеяться.
