Это слишком, это слишком, все вышло из-под контроля. Мгновение спустя его грудь прижимается к моей спине, он обхватывает меня, а его ноги прижаты к моим. Его голова падает мне на плечо.
Какое-то время проходит в молчании. Мир не распался на части. Снимаю с плеч одеяло и поворачиваюсь к нему, мы смотрим друг на друга.
Не хочу быть девушкой, которая застывает, когда сталкивается с новыми друзьями, или окружающим миром, или толикой интимности. Не хочу все время быть одна в комнате. Не хочу чувствовать себя в одиночестве, даже если вокруг полно людей.
Распахиваю одеяло, чтобы Уоллис мог подойти ко мне, и когда он снова обнимает меня, кладу руки ему на плечи, и нас обоих окутывает тепло. Он издает долгий вздох.
Я ощущаю все части своего тела, то, как быстро я дышу, каждое подергивание моих губ и пальцев. Уоллис помогает мне перестать думать о том, что я что-то делаю неправильно. Я не утрачиваю контроль над собой.
Я здесь. Он здесь."
"Глава 23
Я прощаюсь с Килерами – и с Люси, которая практически Уорлэнд, – перед тем как уйти.
Они все собрались в гостиной, Люси пристроилась под мышкой у Тима на диване рядом с Брен; Ви – очки для чтения сидят на кончике ее носа – косится на телевизор, подыскивая программу, которую они могли бы посмотреть все вместе. Уоллис доводит меня до машины. Я думаю, что он внезапно поцелует меня, но он этого не делает.
– Я рад, что ты приехала, – говорит он, сжимая мою руку, а затем притягивает ближе к себе и обнимает.
– А я рада, что ты меня пригласил, – отвечаю я, сцепляя руки у него за спиной.
Его грудная клетка то увеличивается, то уменьшается в размерах в такт дыханию. Прохожусь носом по его шее, и он вздрагивает. – Наверное, мне пора.
– О'кей.
Сажусь в машину. Когда я съезжаю с подъездной дорожки, Уоллис стоит, опираясь на задний бампер своей машины руками, которые держит в карманах. Изо рта у него при дыхании идет пар. Он смотрит, как я уезжаю.
Добравшись вечером домой, пытаюсь проскользнуть мимо гостиной, где мама с папой смотрят номер один из любимых ими фильмов всех времен – «Чудо».
Этот фильм они смотрят по всем знаменательным дням – в дни рождения, праздники и годовщины. Не выйди он спустя шесть лет после моего рождения, я считала бы, что они смотрели его, когда зачинали меня. Однако их приверженность жемчужине спортивного кино не притупляет их родительского инстинкта. В ту секунду, что я прохожу мимо двери в гостиную, мама оборачивается.
– Как оно прошло?
– Хорошо, – буркаю я. – Прекрасно. Я иду к себе наверх.
