— А сейчас, мой юный друг, ты придумаешь, как остановить этого проклятого героя, любым путем. Я ясно выразился?
Хаген замялся.
— Что, Тим?
— Если операция провалиться, ликвидировать героя будет несложно. Его и так, скорее всего, убьют, если уже не убили. Но если у него все получится, сэр… фото, где вы вручаете медаль за отвагу герою, который спас новоиспеченную любимицу Америки, облетит все газеты.
Взгляд президента стал суровым.
— Но тогда мы уже не уничтожим его.
— Прошу прощения, сэр, но это примерно то же самое.
Весь цивилизованный мир запомнит его лицо, уже через неделю его будут узнавать на улицах. Они узнают о нем все, что нужно. А для такого элитного бойца из ВВС США, господин президент, особенно для такого наивного солдата, как этот… нет ничего хуже.
На лице президента проступила улыбка."
"— Вот это отлично. Да, это со всех сторон выгодно. Напомни мне, чтобы я не забывал тебе присылать открытки с поздравлениями на Рождество. А ты бессердечная скотина. А что с Поупом? Он все еще держит SOG под контролем?
Хаген стоял, поджав нижнюю губу, и выдерживал паузу, продумывая ответ.
— Если честно, сэр, Поуп та еще лошадка. Он… лучше не связываться с Поупом. Никто точно не знает, на что он способен. Я бы порекомендовал подумать о нем попозже: через четыре года — при условии, что мы выиграем на выборах, — он будет уже чьей-то чужой головной болью.
— А что там с фишкой, которая дальше не идет?
— Ну, как вы сказали, сэр… это всего лишь дурацкая фраза.
56
Афганистан
Панджшерское ущелье, Базарак
Гил осадил жеребца, сбавляя скорость.
Местность стала слишком неровной для галопа, и вокруг было слишком много деревьев: там вполне мог укрыться какой-нибудь стрелок. Он знал, что сверху за ним следит самолет Spectre, но у пехоты были свои способы маскировки от тепловизора, и афганские боевики тоже отлично их знали. Гил пустил коня рысью по сухому руслу реки, стараясь просматривать расстояние между деревьями.
— Сейчас будешь держаться сама, — сказал он Сандре, отпуская ее и перекидывая поводья в левую руку, чтобы вытащить пистолет 1911.
Он почувствовал, как крепко она обхватила его руками, а он тем временем заставил жеребца ускориться — земля, вымощенная дорожным камнем, стала заметно ровнее. Всадник открутил от пистолета глушитель и опустил его в карман. Волосы на его затылке стали шевелиться. Ему не нужно было триста лишних грамм железа на пистолете, раз уж все равно пришло время его бросить.
