— А затем в его голосе прозвучало мрачное предвкушение, которое мне ни капельки не понравилось. — Я охотник.
Не удержалась вновь и послала ему взгляд, полный раздражения и даже злости.
— А я? — В наступившей паузе между танцами мой голос прозвучал слишком звонко, и на нас обернулись ближайшие пары, но это не смутило ни меня, ни дракона.
По его губам скользнула коварная ухмылка, и я как зачарованная опустила взгляд на них и скорее прочитала, чем услышала:
— А ты — моя.
Я всегда была доброй девочкой. Не обижала животных, не дралась с мальчишками, слушалась родителей и учителей.
Расходилась с парнями без взаимных упреков, не устраивала сцен ревности и скандалов, хотя пару раз они сами напрашивались. Но сейчас… Сейчас меня словно подменили, и я, резко выдернув руку из мужской ладони, яростно прошипела:
— Моя кто? Игрушка? Любовница-однодневка? Минутная прихоть лорда? Пешка в игре? Рычаг давления? Разменная монета в противостоянии с кузиной? Не дождетесь! Может, я и не леди, но это не повод относиться ко мне как к существу второго сорта.
Я ясно дала понять, что не желаю вас знать, и не собираюсь менять своего решения! Я на балу не ради вас, а ради вашей кузины, которая именно благодаря вам нуждается в моей поддержке!
Вновь заиграла музыка, скрадывая мою злую отповедь, вокруг нас заскользили пары, сжимая друг друга в нежных и искренних объятиях, а мы стояли и с такой злостью смотрели друг на друга, что если бы взгляды могли испепелять, на полу уже давно лежали бы две кучки пепла.
— Кажется, ты не понимаешь, — ледяным тоном отчеканил лорд и схватил меня за руку, прежде чем я смогла увернуться.
— Идем, нам пора поговорить.
— Никуда я не пойду! — Я еще не кричала, не желая попасть в эпицентр скандала на императорском балу, но уже была к этому близка. — Отпустите!
— Чуть позже. — Граф был непреклонен. Приобняв меня другой рукой за талию, видимо, для верности, он практически пронес меня через весь зал, приподняв над полом так, что мои ноги его едва касались.
Кажется, я заметила промелькнувшее бледное лицо Райвер, но не поручусь, я в эти мгновения унимала бешено колотящееся сердце.
Не спасал ни амулет, ни настойка — я была в шаге от истерики.
Непонятной, необъяснимой, неконтролируемой истерики!
К счастью, страшного не случилось — граф вынес меня через приоткрытую дверь прямо в парк, ловко изъял у пробегающего мимо лакея бокал с чем-то шипучим, вручил мне, будто точно знал, как мне это сейчас необходимо, и мягко подтолкнул в спину.
