— С радостью! — она раскрыла свои объятья навстречу Таэл.
Они делали это с Иом не раз – Таэл уютно расположилась в её крошечном мягком теле – и яркая бабочка легко и непринуждённо взмыла над лагерем.
Приземлиться прямо на плечо сурового воина тоже оказалось не сложно – он их даже не заметил. Признаться, следить за ним было интересно. И даже периодические комментарии Иом не раздражали. Таэл всегда любила её за острый язычок, но к этому парню она была до безобразия лояльна. Всё что бы он ни делал, она считала головокружительным, исключительным, бесподобным.
А он и сделал то: показал юному бойцу пару взмахов какой-то палкой с перьями, и во время его кульбитов с этой дубиной у Таэл и правда закружилась голова. Потом одним точным движением выбил искру из огнива и разжёг костёр, за что заслужил от впечатлительной бабочки исключительность и бесподобность. А потом он что-то чистил, резал, бросал в воду, помешивал и пробовал. Во время одного из таких резких движений над кипящим котелком он едва не смахнул вспорхнувшее с его плеча насекомое в свой суп, но вовремя спохватившись, что это боец дружественной державы, галантно извинился и пригласил присоединиться её к своему столу.
Бабочка была счастлива, а Таэл, слушая их долгую беседу у костра со скабрёзными шуточками его товарищей и неприличными анекдотами, чувствовала себя так, словно до этого и не жила. Потому что ту скучную полудрёму, в которой она провела все эти семнадцать лет в Замке, и жизнью то назвать было нельзя."
"Но по лагерю протрубили отбой, и хоть Иом упрямо не хотела расставаться со своими новыми друзьями и с Ратвисом в частности, ей было пора к своим, а Таэл пора было в Замок.
Они с подругой с сожалением, но всё же распрощались. И Иом ждал завтра новый день рядом с Ратвисом, а Таэл разговор с любящей его девушкой в голубых одеждах.
Глава 25. Непростые разговоры
— Даниэль Майер, — кивнул Магистр вошедшему Дэну и показал на один из больших черных стульев перед собой.
— Филипп Ранк, — склонил голову Дэн, опасаясь стукнуться о низкий дверной проём больше, чем поприветствовать Магистра.
Магистр оценил и неожиданное обращение, и небрежный наклон головы. Он улыбнулся и поднялся, засунув руки в карманы брюк дорогого костюма.
— Я предпочитаю, чтобы в стенах этого Замка меня называли Магистр, но можно и Анатолий Платонович Франкин. Хотя на самом деле меня зовут Анастас. Анастас—Филипп Ранк, граф Тоггенбургский.
— Как много имён, — усмехнулся Дэн.
