Усталый седой мужчина и женщина, вокруг которой колыхалось марево.
«Одна из безымянных богов, — с восторгом поняла Рианет. — Во многих книгах было написано, что внешность богов на фресках вымышленная, поскольку никто не мог разглядеть черты их лиц!»
— Принеся себя в жертву, ты лишишься собственных желаний, — хмуро проговорила богиня. — Твоей целью и твоим счастьем будет благополучие семьи. Именно семьи, ведь духа-защитника привязывают на кровь.
— Или на клятву, — усмехнулся мужчина. — Я все продумал.
Те, кто не дадут клятву, не получат доступа к лабораториям и к особым коридорам-порталам.
— Но ведь…
— Мою жену и дочь бросили на съедение диким зверям, — он устало посмотрел на богиню, — а я был вынужден наблюдать. Ты правда думаешь, что у меня остались какие-либо желания? Я славно отомстил и хочу уйти. Из меня получится превосходный дух-защитник.
— Потомки обязательно все испортят, — вздохнула богиня.
— Я найду себе помощников, — пообещал он. — Иди, я же вижу, что тебе уже больно.
Как там, на изнанке?
— Странно, — она пожала плечами, — мы меняемся. Один из нас уснул, и его магия… Она откликается на молитвы, но сам он не просыпается.
— Значит, и вы в итоге станете чем-то вроде меня.
Знойный полдень сменился дождем. В корнях огромного, мощного дерева лежал тот седой мужчина. Его тело до половины было погружено в темную, непрозрачную воду. Удивительно, но из-под воды виднелся краешек наклонно установленного круглого алтаря.
Того самого, на котором сейчас идет сражение!
Вскинув руку, мужчина вырезал на своей груди последний знак, и все прочие кровавые надписи загорелись зеленым болотным огнем. Огнем, от которого пошли крошечные искорки.
— А сердце мое будет навеки сохранено в главном ритуальном зале Болотной Крепости, — выдохнул он и закрыл глаза.
Еще несколько мгновений, и Рианет вновь видит вокруг себя реальность.
— Тебе лучше сдаться, некрос, — чужое зловонное дыхание коснулось обоняния леди Дельсийе, — или она умрет.
Бросив взгляд вниз, Рианет поняла, что кристаллический щит был разбит. Мысли леди Дельсийе путались, слишком многое на нее обрушилось, и она не сразу смогла понять, что за ее спиной стоит безымянный монах.
Да еще и болотные огоньки бились об стену, об одну из отполированных плит.
— Рианет!
Нэйр был ранен. Левая рука повисла плетью, а рукав был пропитан темной кровью. На круглом алтаре остался лежать ректор.
