Казалось, они о чем-то спорили, необычное зрелище. Я никогда не видел, чтобы эти двое не ладили.
— Что это значит? — спросил я через минуту.
— Откуда мне знать?
— Вы с Арией практически родственные души, разве ты еще не овладел искусством читать мысли друг друга?
Лука показал мне средний палец.
— Я знаю, что твоя жена превратит твою жизнь в ад, так что я дам тебе поблажку.
— Как заботливо с твоей стороны."
"Мне было интересно, как сложится жизнь с Джианной. Сегодня она была в основном подавлена, за исключением нескольких случаев, но у меня было чувство, что она быстро оправится и вернется к своему прежнему язвительному ""я"".
Я ненавидел видеть ее спокойную сторону, особенно когда это означало, что ей грустно из-за этого ублюдка Сида. Я пытался забыть этого ублюдка, но он каким-то образом застрял в моем мозгу. А потом я не мог перестать думать о нем с Джианной. Сколько еще парней видели ее голой? Были в ней? Мне действительно нужно было узнать их имена и убить их всех.
Когда мы наконец приземлились в Нью-Йорке, я снова был по-королевски зол.
Я едва взглянул на Джианну, когда мы возвращались на моем Порше в наш многоквартирный дом. Каждый раз, когда я мельком видел ее длинную ногу в разрезе платья, я почти терял голову. Мне нужно было взять себя в руки. Неважно, что Джианна делала до сегодняшнего дня. Теперь она моя, и если я не положу конец своему нарастающему гневу, то сделаю только то, о чем потом пожалею.
Джианна
Когда Маттео смотрел в мою сторону, на его лице появлялось странное выражение.
Я не могла понять, в чем дело, но почему-то это заставляло меня нервничать. Конечно, я сделала вид, что ничего не заметила.
Ария пыталась уговорить меня рассказать Маттео правду на протяжении всего полета, и даже сейчас, когда мы въезжали в подземный гараж многоквартирного дома, она все еще бросала на меня многозначительные взгляды. Я боялась, что она возьмет дело в свои руки и поделится моим секретом с Маттео, но она знала, что я расценю это как нарушение моего доверия, и я надеялась, что она сдержится.
Когда я вышла из машины, Маттео взял меня за руку и потащил к лифту. Ария и Лука с трудом поспевали за нами. У меня было чувство, что я знаю, почему Маттео так стремился добраться до своей квартиры. Мы все ввалились в лифт. Он начал двигаться, и темные глаза Маттео следили за мной в зеркале, что-то голодное и яростное мерцало в их глубине. Голод был для меня необъясним. Я выглядела ужасно. Тени под глазами, толстые губы, бледная кожа.
