Нет, это не так. Ты не понимаешь, Ария. Дело даже не в любви. Я даже не была влюблена в Сида. В конце концов он мне даже не очень понравился, потому что он мог быть придурком, а это еще хуже. Я рисковала слишком многим ради небрежных поцелуев и неловких ласк, и Сид умер из-за этого.
— Пожалуйста, не вини себя. Вини отца и его людей. Виноват Маттео. Мне все равно, но не вини себя.
— О, я виню их всех, не волнуйся, но это не меняет того, что без меня Сид все еще играл бы на своей паршивой гитаре и флиртовал с Мюнхенскими девчонками.
"
"— Ты не можешь изменить прошлое, Джианна, но ты можешь сделать лучшее из своего будущего.
Я не могла помочь, но улыбка помогла.
— Мне не хватало твоего оптимизма. — я положила голову ей на колени и закрыла глаза. — Я так по тебе скучала.
Она погладила меня по волосам.
— Я тоже по тебе скучала. Я так рада, что ты будешь жить со мной в Нью-Йорке.
— Сначала я должна выйти замуж за Маттео. Как я буду женой, Ария?
— Они с Лукой много работают. Тебе не придется видеться с ним слишком часто.
— И все же. Мне придется спать с ним, делить с ним постель и стараться быть с ним вежливой Бог знает сколько времени. Он не даст мне еще один шанс.
— Ты снова собираешься сбежать? — тихо спросила она.
— Понятия не имею. Возможно.
— Может быть, все будет не так плохо, как ты думаешь. Маттео может быть забавным, и он хорошо выглядит, так что на физическом уровне, по крайней мере, это не должно быть слишком плохо. Я уверена, что он хороший любовник учитывая, сколько девушек у него было в прошлом.
Я съежилась.
— Правильно. Если мы вернемся в Нью-Йорк сегодня вечером, он, вероятно, захочет переспать со мной.
Ария изучала мое лицо.
— Ты боишься, что он выплеснет свой гнев на тебя за то, что ты спала с другими парнями до него?
— Я никогда этого не делала.
Ария моргнула.
— Чего ты никогда не делала?
— Я никогда ни с кем не спала. У меня не было так много времени, чтобы узнать парней поближе.
— Почему ты ничего не сказала? Отец ужасно с тобой обращался.
Может, он простит тебя, если ты скажешь ему правду. Она двинулась, как будто хотела сама спуститься вниз, чтобы сказать ему об этом, но я потянула ее обратно на кровать.
— Не надо,— твердо сказала я. — Я не хочу, чтобы кто-нибудь знал. Мне плевать, даже если меня назовут шлюхой. Я не хочу дать им удовлетворение, зная.
Ария посмотрела на меня так, что стало ясно: она думает, что я сошла с ума.
— Ты должна хотя бы сказать Маттео. Ты должна.
