Я снова толкнула его в плечо.
— Мне нужно позаботиться о губе. Если тебе больше нечего делать, кроме как стоять рядом, уйди с дороги.
Он по-прежнему не двигался с места и был слишком силен, чтобы сдвинуть его с места. Его мышцы напряглись под рубашкой, заставляя меня задуматься, как бы он выглядел без нее. Неправильно. Так неправильно.
Он положил нож на стойку рядом со мной.
— Ты не должен оставлять острые предметы в моей досягаемости, когда я злюсь.
— Думаю, я рискну, — сказал он, упираясь ладонями в мои бедра, не оставляя мне выбора, кроме как откинуться назад, чтобы увеличить расстояние между нами.
— Прекрати, — прорычала я, потому что от него слишком хорошо пахло, и я почувствовала, что мое тело хочет придвинуться ближе, затем снова вздрогнула. Я подняла руку и пощупала нижнюю губу. Казалось, она распухла еще больше и все еще кровоточила.
Маттео убрал мою руку.
— Ты сделаешь только хуже. Нужно наложить швы. Вызвать врача?
— Нет, — быстро ответила я. Я не хотела, чтобы еще кто-нибудь узнал, и больше всего я не хотела, чтобы мой ублюдочный отец узнал, что ему удалось разбить мне губу.
— Я сделаю это сама.
Маттео поднял брови. Он отступил на шаг и быстро осмотрел шкафы, прежде чем достал аптечку. Он продел нитку в иголку и протянул ее мне.
Я поерзала на умывальнике, чтобы посмотреть на себя в зеркало, затем поднесла иглу к губам. Я никогда никого не зашивала, тем более себя. Я ненавидела иглы. Мне даже пришлось закрыть глаза, когда мне делали укол.
Маттео наблюдал за мной, и я не хотела выглядеть слабой для него, поэтому я подтолкнула кончиком иглы свою губу, подпрыгнула от боли и снова отстранилась.
— Черт. Это чертовски больно.
Я покраснела, потом посмотрела на Маттео.
— Давай. Смейся.
Маттео выхватил иглу у меня из рук.
— Это не сработает.
— Знаю, — пробормотала я. — Ты можешь это сделать?
— Будет больно. Я ничего не имею против боли.
— Ты когда-нибудь накладывал себе швы?
— Несколько раз.
— Тогда я справлюсь с тем, что ты меня зашьешь.
Просто сделай это.
Он протянул мне Тайленол.
— Возьми несколько штук. Они не помогут сразу, но сработают позже.
— Водка тоже помогает.
— Полагаю, ты узнала об этом за месяцы, проведенные в бегах, — сказал он с улыбкой, граничащей со страхом. Он еще не задавал слишком много вопросов. Даже о других парнях, кроме Сида. Может, он не хотел знать, а я все равно не скажу. Достаточно того, что из-за меня погиб невинный человек.
