Через двадцать минут мы поднялись на борт частного самолета, и я села у окна. Маттео сел напротив меня, но разговаривать не стал. Никто не пытался заговорить со мной в течение всего полета. У меня было чувство, что Маттео использует это время, чтобы успокоиться. Иногда я замечала, что он наблюдает за мной, но не могла прочитать выражение его глаз. Когда я поднялась, чтобы сходить в туалет, Маттео тоже встал.
Я проглотила комментарий и направилась к унитазу. Когда Маттео не отступил, даже когда я открыла дверь, я больше не могла сдерживаться.
К черту самосохранение.
— Ты будешь смотреть, как я писаю? Я не могу сбежать, спрыгнув с самолета.
— Я не сомневаюсь, что ты попытаешься пробить дыру в стене самолета, чтобы убить нас всех.
Он это серьезно? Уголок его рта дернулся, но затем выражение лица снова стало жестким. На мгновение наши глаза встретились, затем я быстро шагнула в маленький туалет и закрыла дверь. Маттео не остановил меня, но я знала, что он будет ждать меня и, возможно, прислушается к странным звукам.
Я прислонилась к стене и закрыла глаза. Страх и печаль бушевали в моем теле, и становилось все труднее не разрыдаться. Я почти пожалела, что Маттео не взял меня за руку. Почему он должен вести себя как порядочный человек?
— Что ты делаешь? Не заставляй меня вышибать эту чертову дверь, — пробормотал Маттео.
Даже не заботясь о том, что он услышит меня, я позаботилась о деле, прежде чем выйти через две минуты. Взгляд Маттео блуждал по мне, как будто он искал признак того, что я что-то замышляю.
Мы вернулись на свои места и снова замолчали.
Когда мы приземлились в Чикаго, у меня в животе все сжалось. Я не спала ни минуты, пока мы были в воздухе. Сознание того, что скоро мне придется встретиться с отцом, не давало мне уснуть. Только вчера я ела пиццу со своими соседями по квартире и планировала поездку в Хорватию летом, и теперь моя жизнь снова вышла из-под контроля. Что еще хуже, я вполне могу столкнуться с суровым наказанием со стороны отряда.
У Маттео действительно не было причин защищать меня от гнева отца. И даже если бы он попытался, почему Лука позволил ему рисковать из-за меня? В их глазах я была меньше, чем паразит."
"Частный самолет остановился, Маттео встал и сделал мне знак сделать то же самое. Мои ноги дрожали, когда я последовала за ним к двери, которая уже открылась. Холодный воздух ударил мне в лицо. Снег покрывал взлетно-посадочную полосу и окружающие здания.
